Окрашивание мне уже не нравится, волосы какие-то жёлтые стали (надеюсь, у меня просто паранойя), и вся эта восхитительная пугающая светлость уже не кажется такой новой и странной, и я вижу как много моих собственных ржано-пшеничных прядей, и меня это напрягает.

Ну это и не тотал, конечно, я ж сама хотела сложное окрашивание.

Надо ещё маску купить за миллион денег, а я в своих финансово-каловых массах никак не могу разобраться и что-то спланировать, потому что полная зарплата (жаль, что не могу сказать «жирная» — мой работодатель тоже за бодипозитив, видимо) будет только в августе, а потом аж в ноябре.

Вчера ездила в стоматологию, самое быстрое посещение в моей жизни — полторы минуты в кресле, диагноз — удалять.

Правда, ещё несколько зубов я думала когда-нибудь запротезировать уже (пока папа на ногах, это его профессия, но до него тоже надо пройти некоторый путь), но врач вместо того, чтобы сориентировать меня, отправила восвояси, потому что я не её пациент.

Не знаю, когда буду удалять, посижу пока на нурофене.

Завтра поеду снова туда, к врачу, которая меня обычно лечит (и которая вечно так занята, что даже забывает, что я должна прийти и уходит на какое-нибудь совещание — она заведующая всей этой богадельней и преподаватель в медицинском).

Так как из стоматологии меня выперли со скоростью пули, я зашла в ебучую «фамилию», ненавижу её, вечно мне там что-то очень надо, то что мне совсем не надо