Мы говорим об этом, обсуждаем, но все становится только запутаннее и, наверное, сейчас не лучшее время, чтобы всерьез принимать какие-то решения: я чувствую себя слишком растерянно, не смотря на то, что он продолжает утверждать, дескать, кризис — это хорошо, кризис — это рост. Возможно, все так и есть, но мне по-прежнему хочется абстрагироваться, потому что кроме вселенской усталости при мысли обо всем этом, я не испытываю больше ничего.