пока ты другим там варишь соленый кофе, куришь или стесняешься снять футболку,
я тут упрямо рисую знакомый профиль, узкие губы, лоб под короткой челкой;
в ванной дышу на кафель, пишу записки, мол, отболело, спряталось, пробежало.
мы подпустили прошлое слишком близко, чтоб оно эдак молча теперь лежало.

пока ты с другими там примеряешь планы, на Ниццу, ницше, на “да-да, вот здесь и ниже”,
я по стеклу в душевой утекаю плавно, я оседаю на пол, и кафель лижет
меня повсюду, до куда только достанет. и день утекает, словно сквозь пальцы жидкость,
и я забываю, когда уже солнце встанет, что я еще собственно даже и не ложилась.

пока ты чинишь машину, и пишешь хокку, заказываешь пиво себе в спорт-баре,
я пробираюсь по горной тропинке в воздух и улыбаюсь, мать твою, улыбаюсь.
я научаюсь жить в безвоздушном мире, я открываюсь каждому, кто попросит,
я перемыла все, что нашлось в квартире и не разбила, хотя подмывало бросить.

пока ты там злишься, ревнуешь, врешь мне, а так же глупо веришь в чужие сказки,
я написала прозы тебе две простыни, я наварила груды вареньев разных.
я одолела боль свою, оседлала, я отняла у нее по тихому все ее силы,
я поняла, что я все могу. и надо же! даже вернуться, видишь, не попросила.

(ц)