Разные люди проходят сквозь меня этой осенью.

Два часа беседовали с прекрасной женщиной, которая говорит на пяти языках, получает престижные премии и выдает внучек замуж за французских аристократов. В 18 лет, в 1959 году, ее вызвали в Большой Дом, и устроили варфоломеевскую ночь. Любовь, нечаянно нагрянув с запада, навсегда, казалось, захлопнула двери для нее, дочки петербургских профессоров. Спустя пятьдесят лет она пишет книги о Невском проспекте и напутствует, “Я же всю жизнь жила как Эдит Пиаф: Je ne regrette rien. Я настоящий человек мира, счастливый человек. Скоро выйдет моя новая книга, если конечно доживу.” И смеется, увлекая меня по ночным улицам слушать “чудесного мальчика”, лет сорока, в романтичных дорогих очках, с красивыми кистями. Только такой молодой ученый может претендовать на чудесность.

На столе лежит книга еще одной исследовательницы, кто чуть было не выгнал меня за порог утром, насмешливо кинув “Ну и чем это вы там занимаетесь”. Маленький кабинет, давно немытые волосы и книжка, выпущенная на деньги Лужкова. Книжка, кстати, из серии “эти странные русские”.

Или Роза, на которую мы случайно наткнулись, пытаясь обозначить как-то свое местоположение в торговом центре. У Розы колготки в мелкую сетку, Айфон, каблуки, отменная задница. Розе 60, четверо внуков, финский муж, русский “любимый” и три мальчика “для души”. Всем троим нет и сорока. Роза говорит слова “гавно”, “мерзавцы”, ругается с финнами по-фински, с русскими по-русски и тут же берет меня за руку и ведет к метро.

Истории, которые мне еще слушать и слушать, убедили сегодня в одном.

Награда находит своего героя.

Главное ne regrette rien и мальчики для души. И книжки раздавать.