Ируш

они пишут стихи в своих блокнотах
без единой помарки
и все так нежно- метко

но, знаешь, детка

я готов ждать тебя под аркой,
не придавая времени значения,
не подвергая его счету.

и еще

это, конечно, совсем по олдскулу,
но я отдал бы душу черту,
чтоб еще раз
поцеловать
твои скулы.

Ес Соя.

Крик ребенка, маленькой девочки. Никто на арене не способен так кричать, кроме Руты. Я срываюсь с места и бегу, понимая, что это, возможно, западня, что все трое профи, возможно, поджидают меня в засаде. Но ничего не могу с Собой поделать. Снова отчаянные, пронзительные крики.

– Китнисс! Китнисс!

– Рута! – кричу я в ответ, чтобы она знала, что я рядом.

Чтобы они знали. Только бы отвлечь их от Руты. Я – та, кто натравила на них ос-убийц, я получила неизвестно за что одиннадцать баллов на тренировках. Зачем им она? С криком выскакиваю на поляну и вижу на земле опутанную сетью Руту. Она только успевает высунуть руку и позвать меня, как в ее тело вонзается копье.

Трибут из Дистрикта-1 умирает, не успев вернуть себе оружие. Моя стрела глубоко вонзается ему в середину шеи. Он падает на колени и истекает кровью, пытаясь вырвать стрелу. Я уже зарядила вторую и верчусь с луком из стороны в сторону, крича Руте:

– Он один? Один?

Рута несколько раз говорит «да», прежде чем я это осознаю. Она повернулась набок, скорчившись и зажав копье своим телом. Я отталкиваю труп парня и разрезаю ножом сеть. Одного взгляда на рану достаточно, чтобы понять: я ничего не смогу сделать. И никто не смог бы. Острие копья целиком вошло в живот. Я сижу на корточках перед Рутой, бессильно глядя на смертельное оружие. Нет смысла успокаивать ее, говорить, что все будет в порядке. Рута не дурочка. Она протягивает мне ладонь, и я хватаюсь за нее, как утопающий за соломинку. Словно умираю я, а не Рута.

– Ты должна победить.

– Я сделаю это. За нас обеих, – обещаю я. Пушечный выстрел возвещает о смерти. Парня из Дистрикта-1. Я смотрю вверх.

– Не уходи. – Рута крепче сжимает мою ладонь.

– Я не ухожу. Я буду с тобой, – говорю я, придвигаясь ближе и кладя голову Руты себе на колени. Ласково глажу ее волосы.

– Спой, – просит она едва слышно.

Спеть? Что? Я знаю несколько песен. Когда-то в нашем доме тоже звучала музыка. У отца был замечательный голос, и он заражал меня своей любовью к пению, но после его смерти я почти не пела. Только когда Прим сильно болела, я напевала ей ее любимые песенки. Петь сейчас? Меня душат слезы, а мой голос стал сиплым от дыма и постоянного напряжения. Но я не могу не исполнить последнюю просьбу Прим… то есть Руты. Я должна хотя бы попытаться. Мне приходит на ум колыбельная, которой мы в Дистрикте-12 успокаиваем голодных, несчастных ребятишек. Ее сочинили очень-очень давно в наших горах. Учительница музыки называет такие мелодии горными. Слова очень простые и успокаивающие; в них – надежда, что завтрашний день будет лучше, чем тот кусок безысходности, который мы называем днем сегодняшним. Я откашливаюсь, сглатываю слезы и начинаю:

Ножки устали. Труден был путь. Ты у реки приляг отдохнуть.

Солнышко село, звезды горят, Завтра настанет утро опять. Тут ласковый ветер.

Тут травы, как пух. И шелест ракиты ласкает твой слух.

Пусть снятся тебе расчудесные сны, Пусть вестником счастья станут они.

Веки Руты затрепетали и опустились. Она еще дышит. Почти незаметно. Я не в силах больше сдерживать слезы, они ручьем текут у меня по щекам. Но я должна допеть для нее до конца:

Глазки устали.Ты их закрой. Буду хранить я твой покой.

Все беды и боли ночь унесет. Растает туман, когда солнце взойдет.

Тут ласковый ветер. Тут травы, как пух.

И шелест ракиты ласкает твой слух.

Мой голос становится едва слышным:

Пусть снятся тебе расчудесные сны,

Пусть вестником счастья станут они.

Вокруг мертвая тишина. И тут внезапно, так, что мороз пробежал по коже, моя песня зазвучала снова. Это запели сойки-пересмешницы. Какое-то время я сижу не двигаясь, мои слезы падают на лицо Руты. Гремит пушечный выстрел. Наклоняюсь и прижимаю губы к ее виску. Осторожно, словно боясь разбудить, кладу голову Руты на землю и отпускаю ее руку. Распорядители ждут, когда я уйду, чтобы забрать тела. Я не могу оторвать глаз от Руты. Она такая маленькая, еще меньше, чем всегда. Лежит в сетке, как птенец в гнезде. Как оставить ее здесь. Такую беззащитную. Беззащитную, несмотря на то, что больше ей уже никто не причинит зла. Ненависть к парню из Дистрикта-1 теперь кажется глупой. Мертвый, он выглядит таким же трогательным и уязвимым, как Рута. Не он, а Капитолий виноват во всем.

В голове звучит голос Гейла. Теперь его гневные речи против Капитолия для меня не пустые слова. Теперь во мне тоже бурлит ярость. Смерть Руты заставила меня всей кожей ощутить несправедливость, которую творят с нами. Здесь еще сильнее, чем дома, я чувствую свою беспомощность. Капитолию все сходит с рук, ему нельзя отомстить. Вспомнились слова Пита, которые он произнес тогда, на крыше: «Я только… хочу как-то показать Капитолию, что не принадлежу ему. Что я больше чем пешка в их Играх». Я хочу того же. Здесь и сейчас. Хочу обвинить и посрамить их, заставить их понять: что бы они ни делали с нами, что бы ни принуждали делать нас, мы не принадлежим им без остатка. Рута – больше чем фигурка в их игре. И я тоже.

Рядом с поляной под деревьями растут дикие цветы. Возможно, просто сорная трава, но все равно красивые, с фиолетовыми, желтыми и белыми лепестками. Я нарываю охапку и возвращаюсь обратно к Руте. Украшаю ее тело цветами. Не торопясь, укладываю их один за другим. Прикрываю страшную рану. Обрамляю венком ее лицо. Самые яркие вплетаю в волосы.

Им придется это показать. Даже если сейчас они переключились на другую часть арены, они включат камеры, когда будут забирать тела. Все увидят Руту в цветах и поймут, что это сделала я. Отступаю назад и смотрю на нее в последний раз. Кажется, будто она и вправду уснула.

– Прощай, – шепчу я.

Касаюсь губ тремя пальцами левой руки и протягиваю их в ее сторону.

рёваааа я. не могу ни смотреть, ни читать без слёз.

via ramones

no-nick :

sulfur :

landorina :

мне иногда кажется, что я всегда буду FOREVER ALONE. даже когда вокруг меня люди, когда они разговаривают со мной. мне кажется что я всё равно один

august-rush:

itsfever:

davy-jones:

fuckmeiamfamous:

no-nick:

novikos:

113:

https://twitter.com/KyznetsovaNady

https://twitter.com/Novikos

https://twitter.com/ira__sh

https://twitter.com/#/heylyuba

https://twitter.com/#!/fr_jane_eyre

https://twitter.com/its_fever

https://twitter.com/#!/k_dilemma

https://twitter.com/#!/irajaam

Идите нахер, магия существует!

dontlove:

∇ Hipsters from Harry Potter ∇

Гарри: Умирать - это так банально.
Рон: Нормальные животные -это так банально. Моя крыса реально маленький, лысеющий мужик.

Гермиона: Я бы выбрала Мантию-невидимку, потому что треугольники доставляют.
Драко: Я ненавидел Поттера, еще до того, как он стал крутым.

Хагрид: Животные, которые не могут тебя убить? Так банально.
Снейп: Я не читаю учебники по зельеварению, я совершенствую их.

via rotae

Анфиса Чехова и Иван Охлобыстин собираются баллотироваться в президенты в 2012?
WTF?
Куда мы катимся, черт возьми?

омн.
Нашей стране пришел полный пиздец.

pluie-defraises:

Я чувствую себя персонажем из "Эй Арнольд", именно самим Арнольдом. Когда кому-то нужна помощь или совет, я не задумываясь помогаю.Но когда ведь мне хочется хоть немного поддержки от тех людей, от которых я её ожидаю, то вывод таков: А на черта? Всех сразу ветром сдувает.Ну что ж я могу сказать ещё? От меня больше ничего не ждите.

да-да-да

Rich Kid Blues

Ох и это наши Гарри, Гермиона, Рон, Джинни, Драко и Луна. Чумные версии наших героев на стиле. Конечно, это вам не милые фан-арты, но автор потрудилась на славу. В-принципе, мне нравится х)

via closses

nutellka:

Реакция на эту фразу в детстве:

Сейчас:

Я зову вас в свою группу вконтакте.
САМЫЕ КЛАССНЫЕ ЦИТАТЫ СО ВЬЮИ ТОЛЬКО ТАМ
:D
ну вообще, мне скучно

Дэн, любимый Дэн.

Читаю "Унесенных ветром" и ужасаюсь - неужели я такая же эгоистка, как и Скарлетт, для которой единственная интересующая её тема обсуждения - это она сама? Она ведь совсем не понимает Эшли, пропускает все его слова мимо ушей и вместо того, чтобы попытаться понять его мысли, логику, восприятие мира, ищет ответ лишь на один вопрос - любит он её или нет. А какая может быть любовь без понимания?

— Мы с вами слишком разные люди, Скарлетт, а для счастья в браке одной любви недостаточно. Ведь вы же захотите, чтобы мужчина принадлежал вам весь, без остатка — душой и телом, всеми своими помыслами, — иначе вы будете несчастны. Я вам этого дать не могу. Никому не могу я отдать всего себя. И от вас я не могу потребовать того же. И это будет вас оскорблять, и в конце концов вы возненавидите меня… О, как жестоко вы меня возненавидите! Вы возненавидите книги, что я читаю, и музыку, которую я люблю, — ведь они будут отнимать меня у вас. И я… быть может, я…

— Вы любите ее?

— Мы с ней одна плоть и кровь, мы понимаем друг друга с полуслова. Ах, Скарлетт, Скарлетт! Как мне убедить вас, что брак не может принести счастья, если муж и жена, совсем разные люди!

via lanaunknown

любимая книга на года.

Я так обленилась, что мне даже постить что-то лень.
Простите: с

Дженнифер Лоуренс
невозможно ею не восхищаться

"Я очень долго прослушивалась на роль Китнисс у Гэри Росса, доказывая, что я могу сыграть её. Это была самая ужасающая вещь в моей жизни. Когда я услышала, что кастинг прошел хорошо, я подумала: "Вы серьезно?" У меня был комок в горле все время. Я никогда так не нервничала во время кастинга, но в целом все прошло вполне успешно и непринужденно, я, наверное, больше боялась."

via lestrange