likehell

lebowski:

deathbysin:

knyazeva:

• Posted 1 month ago by Jonnie Craig · Art & Design · photography

• Manchester born Kevin Cummins became known in the 1970s for his visceral photographs of musicians like David Bowie, Patti Smith, The Sex Pistols and Joy Division; leading his career to a 25-year association with NME Magazine, for which he was chief photographer. Having grown up in Manchester, Cummins had an inherent understanding of the band as a product of their bleak environments, proving to be a vital ingredient in understanding what was needed to appropriately depict the band. What started out as an assignment quickly turned into a project for Cummins, photographing the band frequently while practicing, playing live or just hanging out. This extensive series, most of which previously unseen, has been published by Rizzoli as a 208-page hardcover book alongside an introductory essay by Jay McInerney and a conversational interview between Cummins and Bernard Sumner about the ban.

  

  

  

  

  

  

  

  

  

  

  

  

  

  

  

tasya :

annkaprizka :

Никогда я не забуду это лицо, никогда не забуду, как оно склонилось ко мне, красивое и выразительное, как оно просияло лаской и нежностью, как оно расцвело в этой сверкающей тишине, — никогда не забуду, как ее губы потянулись ко мне, глаза приблизились к моим, как близко они разглядывали меня, вопрошающе и серьезно, и как потом эти большие мерцающие глаза медленно закрылись, словно сдавшись…
А туман все клубился вокруг. Из его рваных клочьев торчали бледные могильные кресты. Я снял пальто, и мы укрылись им. Город потонул. Время умерло… -Эрих Мария Ремарк. Три товарища

Обожаю, одна из любимых книг

теперь и я поняла

f1love :

ты дурак моей мечты.

Не люблю болеть, температура, кашель, одеяла и теплые носки. Лежать целыми днями на кровати, обнимая любимые книги, в окружении фантиков от конфет с ликером. Ждать милых смс с пожеланиями о выздоровлении, когда на улице весна. Пить горячее молоко или горячий кофе, хотя коньяк был бы очень кстати…

даже себе вру

Впервые опубликованный в 1936-м году, роман Эриха Мария Ремарка «Три товарища» сегодня считается одним из лучших произведений XX-го века. Он рассказывает о дружбе трех молодых мужчин, об их жизни, на которой лежит печать прошедшей войны, о любви, которая не знает границ и пределов.

«Три товарища» — это очень яркая, выразительная и эмоциональная книга. В ней очень часто появляется смерть, однако, несмотря на это, роман заражает неудержимым желанием жить. Печальный сюжет подается читателю так, что смотреть в будущее без оптимизма после прочтения книги он просто не сможет.

Ремарк — это автор, умение которого создавать яркие образы, работать со стилистикой и композицией романа является признанным. В «Трех товарищах» этот талант проявляется особенно ярко. Ремарк создает живые, эмоциональные, «настоящие» образы достойных мужчин, на которых стоит равняться. Эта книга вполне может использоваться в качестве воспитательного пособия — она способна дать понятие о чести, дружбе, верности и достоинстве лучше любого учебника.

Несмотря на то, что «Три товарища» — это в значительной степени книга о войне, написана она так, что окажется интересной даже тем, кто далек от данной тематики. Ремарк великолепно владеет языком, пишет захватывающе, увлекательно, так, что откладывать это чтение нет никого желания.

Роман обладает грамотно выстроенной, классической композицией — повествование идет достаточно плавно, события развиваются постепенно. Вместе с этим сюжет имеет определенный темп, который не дает книге сделаться слишком скучной или «медленной». Трогательный, яркий финал становится достойным завершением книги. Особенно приятным прочтение «Трех товарищей» становится сегодня, в дни, когда литература часто становится недосказанной, не вполне понятной и не завершенной.

Роман «Три товарища» был признан критиками практически сразу — в его адрес вот уже на протяжении нескольких десятилетий звучит множество лестных отзывов. Эта книга — одна из лучших в своем роде, одна из самых известных и ярких у Ремарка, произведение, в котором все способности автора проявились наиболее ярко.

Марк Джейкобс

42 % акций Dior принадлежат LVMH. А Марк Джейкобс создает коллекции для трех марок, дела которых ведет эта компания, — Louis Vuitton, Marc Jacobs и Marc by Marc Jacobs. И его коллекции продаются весьма успешно. Поэтому переход дизайнера, к примеру, из Louis Vuitton в Dior представляется вполне возможным. И, кстати, это позволит Джейкобсу делать то, чем он не занимается в данный момент, — шить кутюрные коллекции.

• Marcjacobs.com

Фиби Файло

Аналогичные с Марком Джейкобсом шансы имеет еще один дизайнер LVMH — Фиби Файло. Два года назад она заставила весь мир переосмыслить белые рубашки с черными брюками, породила феномен фибиломании относительно сумок и обуви в стрит-блогах и, главное — сделала невероятно прибыльным Celine.

• Celine.com

Стефано Пилати

Сплетни об уходе Стефано Пилати из Yves Saint Laurent не могут возникнуть на пустом месте. Возможно, если версия о том, что из Dior Джона Гальяно убрали умышленно, окажется правдой, то его место могли освободить именно для нынешнего креативного директора YSL.

• Ysl.com

Кейт и Лаура Малливи

LVMH уже давно присматривается к марке Кейт и Лауры Малливи Rodarte. Поэтому покупка их бренда вместе с назначением их же на пост главных дизайнеров Dior — убийство двух зайцев. В пользу девушек высказалась даже Анна Винтур, она назвала сестер хорошей заменой Джона Гальяно.

• Rodarte.net

Альбер Эльбаз

Альбер Эльбаз создает красивые коллекции, которые как нельзя лучше подходят под определение «то, чего хотят женщины». Дизайнер известен своим веселым нравом, что гарантирует отсутствие проблем. А это именно то, что сейчас нужно генеральному директору LVMH Бернару Арно.

• Lanvin.com

Риккардо Тиши

Слухи о том, что Риккардо Тиши собирается перейти в другую марку, появляются каждый год. В прошлом году дизайнеру прочили место Стефано Пилати в Yves Saint Laurent. Теперь ему приписывают должность креативного директора Dior. А с учетом того, что значительную часть доходов марка получает от продаж кутюрных коллекций, Риккардо Тиши становится возможным кандидатом: его вручную сшитые платья из шелка с перьями смягчают сердца самых резких критиков.

• Givenchy.com

Эди Слиман

Говорят, что Эди Слиман возвращается в мир моды, на этот раз в амплуа дизайнера женской одежды. Раньше мы думали, что он заменит уже упомянутого Стефано Пилати в Yves Saint Laurent, но эту информацию опровергли. Что ж, можно предположить, что Эди пригласят в Dior. Аргумент в пользу Слимана — когда-то он возродил линию Dior Homme, аргумент против — он не специализируется на женской одежде.

• Hedislimane.com

Николя Гескьер

Николя Гескьер, главный дизайнер Balenciaga, имеет небольшие шансы попасть в Dior: он работает на PPR, но, согласно Vogue.co.uk, именно его кандидатуру бурно обсуждают в первых рядах на Неделе моды в Париже.

• Balenciaga.com

Эрдем Моралиоглу

Победитель BFC/Vogue Fashion Fund обладает схожей с Dior эстетикой, а отсутствие чрезмерной занятости — дизайнер ведет дела только собственной марки Erdem — позволит Моралиоглу сосредоточиться на коллекциях для французского бренда. Впрочем, мы склонны предполагать, что эта кандидатура навеяна сообщением Дерека Бласберга в Twitter.

• Erdem.co.uk

Проблемы у Доменико Дольче и Стефано Габбаны начались еще в прошлом году, когда их обвинили в неуплате налогов и назначили штраф в размере 1,12 миллиардов долларов. А сейчас дизайнеры сообщили о возможном прекращении существования демократичной линии Dolce & Gabbana — D&G. Причина в том, что цены на вещи D&G практически не отличаются от цен на основную коллекцию, поэтому рационально объединить линии в один бренд.

За прошедшую неделю Джона Гальяно успели арестовать за антисемитские высказывания, после чего отстранили от работы в Dior, а двумя днями позже и вовсе уволили. Это событие априори должно было вызвать небывалый ажиотаж. Сейчас это главная сплетня Недели моды в Париже. Обсуждают поступок дизайнера не только в блогах и в Twitter, но и на центральном телевидении. Look At Me решил собрать десять высказываний инсайдеров модной индустрии об аресте и увольнении Джона Гальяно.

Александра Шульман, главный редактор британского Vogue, для Vogue.co.uk : «Я считаю, что Гальяно совершил ужасную ошибку и его оскорбительное поведение не может быть проигнорировано. Но не стоит забывать, что он очень талантлив и внес огромный вклад в воскрешение Dior».

Франка Соццани, главный редактор итальянского Vogue, в своем блоге на Vogue.it : «Я осуждаю любое проявление расизма и все поступки, которые демонстрируют неуважение к какой-либо религии. Но я также уверена, что если вы действительно ссоритесь с кем-либо, то у вас нет времени, чтобы достать мобильный телефон, включить видеозапись и с хихиканьем снимать, что человек говорит. Те люди, которые решили сыграть на известности Джона Гально, вызывают у меня отвращение. Хотя я и осуждаю его слова, но думаю, что они были сказаны в тот момент, когда он не мог себя контролировать. Мне страшно от того, как быстро эти молодые люди прославились и получили деньги, разрушив образ гения».

Сюзи Менкес, директор моды International Herald Tribune : «Недавно гнусные заявления, сошедшие с уст пьяного мистера Гальяно, появились на видео в интернете и стали доступны для всеобщего обозрения. С тех пор в рассматривании того, как один из самых знаменитых и самых высокооплачиваемых дизайнеров мира держит стакан с выпивкой в баре, появился некий пафос. Давление со стороны фаст-фэшна и интернета, требующих создавать всё новые и новые вещи, сумело подавить не одно известное имя. Марк Джейкобс лежал в психиатрической лечебнице. Келвин Кляйн злоупотреблял психотропными препаратами. Ив Сен-Лоран посвятил жизнь борьбе с демонами… Самоубийство Александра Маккуина, произошедшее почти за год до дня позора Джона, — призрак, который кружит над индустрией моды».

Хилари Александр, директор моды The Daily Telegraph : «Какие черти в тот момент овладели Джоном Гальяно, мы никогда не узнаем. В каком личном аду он живет, останется столь же неузнанным. Ясно одно: он нуждается в помощи. Я ни на минуту не оправдываю его поведение. Придет время, когда ему придется побороться со своей внутренней гадюкой. Но прямо сейчас ему нужна помощь и любовь той индустрии, которой он отдал свою жизнь».

Оливье Зам, главный редактор Purple Fashion, в блоге Purple Diary, до момента появления видео : «Дорогой Джон Гальяно, что случилось с вами в ту ночь в милом парижском кафе La Perle, когда вы поссорились с этой парой? Я знаю, что вы вовсе не расист, что бы вы им ни сказали, будучи пьяным или нет. Ваши мультиэтнические шоу, показывающие нам красоту кочевого мира и красоту забытых малых народов, из года в год доказывают это. Мы живем в темном мире, где мода может использовать талантливых людей до тех пор, пока они нужны ей, и может уволить их в один момент из-за одного несчастного случая. Надеюсь, что вы сохраните свою позицию в Dior. С любовью, Ольвье Зам».

Карл Лагерфельд, креативный директор Chanel и Fendi, в интервью WWD : «Если хотите знать, то я в ярости. Я возмущен даже не тем, что это произошло, и дело даже не в том, мог ли он это сказать. Новость разлетелась по всему миру. Это ужасно для моды, потому что теперь все думают, что каждый дизайнер и представитель индустрии такой же. Дело в том, что мы, деловые люди, должны быть более осторожными, особенно в эпоху интернета. Если вы являетесь публичным человеком, вы даже не можете просто выйти на улицу и выпить. Я зол на Джона Гальяно еще и из-за вреда, который он нанес LVMH и лично Бернару Арно, поддерживающему Джона как ни одного другого дизайнера. Потому что Dior — любимый бренд Арно. Это для Бернара равноценно тому, как если бы боль причинили его ребенку».

Роберто Кавалли, дизайнер, в видеоинтервью для The Daily Telegraph : «Я не могу поверить в это. Потому что знаю Джона Гальяно уже много лет, он такой замечательный человек. Я не верю в то, что его можно обвинить в расизме, потому что он прекрасно относится ко многим нациям. Хочется верить, что это лишь попытки причинить ему вред. Думаю, Dior должны расстелить перед ним красную дорожку, потому что именно он сделал их такими, какие они сейчас. Я не хочу никого судить и, Джон, я с тобой».

Патрисия Филд, дизайнер и костюмер «Секса в большом городе», в интервью WWD : «Каждый сезон люди ходят на шоу, чтобы увидеть театр Джона. И он показывает им свои представления. Для меня его поступок стал таким же представлением. Но люди из индустрии моды не признали в этом фарса. Они вдруг отказались знать Джона. И то, что в „Продюсерах“ Мела Брукса поют „Весну для Гитлера“. Думаю, Гальяно просто играл очередную роль».

Шанель Иман, модель, для The Hollywood Life : «Я люблю Джона Гальяно. Я работаю с ним в течение многих лет, он один из самых удивительных и гениальных мужчин в бизнесе. Он всегда открыт людям, поэтому желаю ему всего самого лучшего».

Джессика Стэм, модель, в своем Twitter : «Я скучаю по тебе, Джон, ты такой талантливый. Я уважаю евреев, и то, что ты сказал, ужасно. Грустно видеть, как Dior покинули тебя».