прости за эту честность

этот год опять вынуждал меня плыть
против течения реки.
убеждаться, еще раз, что любят, как правило,
не за что-то, а вопреки
всем минутам, законам, дням.

и порою хочется, чтобы кто-то также тебя обнял.
хочется быть обязательно нужным,
делить пополам моря,
пить чай, и думать, что все это бог действительно
дал не зря.

и вот ты встречаешь его в каком-нибудь январе,
юного демона, чьи кудри, как проволока, вились,
а у него лысина вместо кудрей,
а из тайных желаний - кажется, алкоголизм.
а ты помнишь, как ты посвящала ему стихи,
прекрасные, свежие, пахнущие росой?
а теперь у тебя во лбу - ботекс, на поводке - хин,
а у него - пакет с «нефильтрованным» и колбасой…

эко вас расколбасило,
стопятьсот!

и вот он встречает тебя неожиданно на пути,
бывшую амазонку без страха и тормозов,
а у тебя тормоза теперь фирменные - гарантия, логотип,
ты даже за хлебом выходишь с кошёлкою от «Кензо».
а помнишь, как вы гуляли по улицам до зари,
и каждая лавка была удобней, чем Грант Ресот.

он, кажется не узнал тебя,
выдохни,
закури.

эко вас расколбасило,
стопятьсот!

понимаешь… - сказал мне знакомый волшебник, прикурив сигарету от лунного света,
жизнь нельзя запихнуть даже в толстый учебник, ведь на каждый вопрос не напишешь ответа.
да ещё эта грань между «просто» и «сложно» почему-то практически неуловима.
из всего, что нам хочется, хоть и возможно, но обычно сбывается лишь половина

и ради чего это было всё?
вот эти вот письма по три экрана,
вся эта комедия и мелодрама,
все эти слова и звонки
и эти два лишних грамма
в твоей посылке -
колечко размером с пулевое отверстие,
моё - навсегда не вместе,
твоё - заткнись и слушай как ангел уснул в подъезде.

так для чего это всё?
вся эта боль и эти депрессии?
вся моя буйная околесица,
и тёмная лестница,
светлая комната,
зачем я все помню, а?
и забыть - шесть лет не получается,
я отчаиваюсь,
я нечаянно,
обжигаю колени чаем,
звук выключаю,
я не хочу всё назад - ты слышишь?
все эти заброшки, промзоны, крыши,
и как было холодно спать с открытым окном,
и машины тормозили резко под нашим балконом,
и всё что было - всегда всегда об одном -
мир заглючен, мир выпотрешен и сломан.

ты как там хоть?
собираешь монетки в горсть,
постоянный, мой непрошенный, пьяный гость?
нашёл ту с которой бы крепче спалось,
ярче дышалось?
не надо жалости, я прошу,
я так ненавижу твою жалущую, ядовитую жалость.

и ради кого это было?
вот этот кофе и мягкий воск,
что бы говорить друг о друге шёпотом
и быть постоянно врозь?

ради кого это всё -
мои сбитые пальцы, четыре песни, пять тетрадей исписанных ровным почерком,
где каждая запись будто удар по почкам -
где в каждую строчку вмещается скромное многоточие,
где я вижу тебя воочию -

напряжённые руки, вздутые вены,
каждый день по наклонной до отрицательной переменной,
и выступающая ключица,
полуулыбка в профиль на фоне неба -

знаешь, лучше бы ты умер до нашей встречи,
лучше бы тебя просто не было

мужская логика проста и показательна,
и не стесняясь дураком прослыть,
поэт сказал, что для мужчин желательно
как можно меньше женщину любить..
а я с высот не поэтичной лирики
и без налета умственных глубин
скажу: чем меньше женщину вы любите,
тем больше у нее других мужчин

знаешь, никак не соображу: может, ты такая свинья, что снова с тобой связываться — идиотство. но забыть тебя не могу даже с теми, кому ты в подметки не годишься.

Джон Фаулз

Сколько всё-таки горя и тоски умещается в двух таких маленьких пятнышках, которые можно прикрыть одним пальцем, - в человеческих глазах.

Эрих Мария Ремарк

Почти все люди хорошие, когда их в конце концов поймешь.

Харпер Ли

Я вообще-то очень добрый. Я хочу в саду сидеть, чтобы упитанные, тугие кролики вокруг скакали, гладить их хочу и кормить… А судьба так все поворачивает, что вокруг мудаки, мудаки, мудаки и никаких кроликов! И тогда я вскакиваю, хватаю, образно говоря, свой самурайский меч и… Но мудаки умеют вовремя прятаться. Только я схвачу меч, а они уже попрятались! И вот я стою, как хуй на именинах, а вокруг — ни мудаков, ни кроликов…

Макс Фрай