love, hate, sex, pain

со школьными друзьями нужно уметь прощаться вместе со школой.

приятели из интернета должны оставаться в интернете, и не приведи господь их оттуда выковыривать.

всему своё время, своё место и свой срок годности.

первая любовь - она как первые штаны - поносил, порадовался, вырос и выбросил. хранить их потом годами на антресолях, тешась надеждой когда-нибудь еще втиснуть в них свой зад - наивно и глупо.

жадные до отношений люди всю жизнь копят этот багаж из греющих душу воспоминаний, протухших дружб, реализованных и нереализованных чувств, окружая себя горами эмоционального мусора.

хотя ведь всё проще простого, тут как гардеробом - если ты не надевал какую-то шмотку в течении года, вероятность, что наденешь через два-три - мизерна. выбрасывай смело, освобождай место новому.

если возникла необходимость сделать "перерыв в общении", "отдохнуть друг от друга", значит всё - кто-то из кого-то вырос, самое время сказать "всё было круто, чувак, спасибо. удачи тебе", попрощаться и разбежаться.

потерять друга невозможно, а вот потребность в нем - запросто. это естественный процесс взросления.

Я тебе ничего не скажу,
И тебя не встревожу ничуть,
И о том, что я молча твержу,
Не решусь ни за что намекнуть.

Целый день спят ночные цветы,
Но лишь солнце за рощу зайдет,
Раскрываются тихо листы,
И я слышу, как сердце цветет.

И в больную, усталую грудь
Веет влагой ночной… я дрожу,
Я тебя не встревожу ничуть,
Я тебе ничего не скажу.

знаешь, я помню, те разговоры по душам,

когда ещё не ездили друг другу по ушам

Наша любовь потому и хороша, что невозможна
- Ф. Бегбедер

глаза слипаются от недосыпа
пальцы болят от струн
я так давно уже не был сытым,
молодой пропащий лгун.
верил, что жизнь можно пропустить сквозь пальцы
словно горячий от зноя песок,
нет, пора бы уже признаться
жизнь ещё всех нагнёт.

дед мороз долго объяснял 14 летнему Мише, что хоть тот и вел себя хорошо в этом году, но он не может сделать, так что бы химичка сдохла

научите меня быстро, бесшумно, равнодушно ломать людям носы.

Странное это чувство - любовь…
Когда любишь человека, ты любишь его любого.
Когда он злится и ругается в пробке.
Когда полумертвый от усталости приползает с работы.
Когда он простуженный, с заложенным носом и воспаленным горлом, и отбивается от попыток уложить его в постель и напоить горячим молоком с медом.
Когда он плачет в кино.
Когда он весь день самозабвенно напевает какой-нибудь дурацкий хит, страшно при этом фальшивя.
Когда "соседи-подонки", "зенит-чемпион", "траффик неважный", "гаишник-урод", и "господи, опять понедельник".
Когда он опаздывает, торопится, дергается, раздражается по пустякам, жует на ходу, курит, смеется там, где совсем не смешно, язвит, хвастается, дуется, не высыпается, нудит, боится идти к стоматологу, лезет с ненужными советами, рассказывает пошлые анекдоты, думает, что он всегда и во всем прав…
Ты любишь его от макушки до пяток.
С обгоревшими на солнце плечами, содранными коленями, трехдневной щетиной, воспаленными от бессонной ночи глазами, шрамом от аппендицита…
Со всеми причудами, капризами, амбициями, симпатиями-антипатиями, депрессиями, страхами, слабостями, болезнями, глупостями, умностями.
Странное это чувство - любовь…
Будто она подсвечивает любимого человека каким-то неоновым нездешним светом, в котором все кажется бесконечно дорогим и родным.
До боли вдоха.
До невозможности выдоха.

сохрани моё сердце в своих руках,
вколи в него дозу сильных метов,
это не так страшно, как убить на словах,
об этом
наврят ли
напишут.
в газетах.
сохрани меня. у себя в мобильнике,
в фотокамере, или в личном блоге,
в записке с утра на холодильнике,
оставь.
меня.
в своем
блокноте.
выстрели в сердце или же в голову,
с винтовки.размажь по стенам кровь.
выстрели в мой больной тобою орган.
я
ненавижу.
твою
любовь.

все вы пацаны одинаковые,

просто одни из вас о футболе,

другие о граффити,

а некоторые о том как бы выебать вон ту беднягу.

зачем ты дразнишь меня, скажи?
опять с друзьями планчик куришь?
мои звонки тебе не нужны,
да ты сам себя дуришь.

спасибо за чайное
и опрометчиво злое
иное пустое
совсем не такое как в книгах

спасибо за
стихи без открыток
возможность признаний на дряхлых листочках
за шепот в час ночи о прочитанных строчках
и за фото спасибо

и он ждет твой рождественский список,
от улиток – мирских новостей,
от жены – килограммы ирисок.
он хранит в морозилке снег,
и на крыши с утра рассыпает.
говорит иногда во сне,
но об этом, наверно, не знает.

отчего-то все пишут Санте,
совы с письмами мимо летают.
но сегодня… (ура-ураа):

" милый фей, я хочу варенье
из фейхоа".

Он ни с кем, ни за что, ни разу не вёл торги, –
Он был ангел.
Он был хранитель.
Он был – другим.
Не случалось ни до, ни после таких встречать;
Как никто, он умел говорить –
и умел молчать.

Он читал по глазам –
и нежность, и страх, и ложь,
От моих изысканий его не бросало в дрожь, –
Он был ангел, –
но он ценил разбитной азарт;
Осуждал? –
разве только за вежливость ,
пыль в глаза.

Как бы ни был несдержан, невыдержан и раним, -
Он был ангел.
Он был хранитель.
И он – хранил.
Даже после смертельной обиды он ждал звонка –
«У тебя всё в порядке?
Тогда меня нет.
Пока».

Он стоял где-то слева.
Везде – и теперь, и впредь.
Он был ангел.
Он – был,
И глупо о нём жалеть;
Ведь другие таких не видели – днём с огнём.
И не надо бы всуе, –
но я говорю
о нём.

город помнит те лавочки, на которых сидели
я буду помнить тебя, пока не поседею