Она every night ищет повод ему написать,
Локти кусает и курит, дым запивает чаем.
Банальное «Как дела» давно перестало спасать.
Он настолько привык, что даже не отвечает.

Он вообще привык к ней, как ночь привыкла к луне,
Только очень боится признать и поверить в это.
Они думают в унисон, живут на одной волне,
Они две стороны одной заржавевшей монеты.

Они слишком похожи и слишком разны порой:
Она дышит дождями, он же дождями плачет.
А она невзначай собирает слезинки его рукой
Оставляя их в сердце, вроде как на удачу.

Ее сердце – большой магнит, а его – кузнечик.
У нее на уме стихи, у него - бесконечные партитуры.
Он ее уверяет, что время не бьет, а лечит,
И что нужно быть умничкой, а не набитой дурой.

И она для него уже стала безудержно близкой,
Как пижама, что с нежностью кошки греет зимой.
В эту ночь ни к чему «Как дела», обойдется запиской:
«Ты – единственный способ почуять себя живой…».

12 июня 2011 года в12.06.2011 16:29  1  0  Личное

Страшно

annhope :

Самое страшное,

это когда тебе совершенно все надоело,

надоел он,

надоели все слова о любви,

надоело что все тобой не довольны,

надоели все эти фальшиваые улыбки, слова, движения,

надоели все эти подкожные и лживые люди вокруг тебя,

надоело это чувство одиночества, которое пожирает тебя изнутри не давая покоя,

надоела своя ненужность и безысходонсть,

надоело что ты воспримаешь близко к сердцу вещи, на которым другим начхать,

надоело что ты не знаешь что будет дальше, не знаешь чего хочешь, и как жить дальше,

надоело совершенно все, и ты пытаешься найти ответы на вопросы, пытаешься найти родную душу, которая тебя утешит, искренне поддержит и поможет выкорабкаться из этой дыры,

когда ты живешь, и не знаешь зачем

когда ты не знаешь, кто ты есть на самом деле

когда смотришь в зеркало, и не узнаешь себя

когда ты улыбаешься, а через 2 секунды проваливаешься в океан одиночества и боли

когда ты хочешь от всего убежать, но некуда, не к кому

вот это страшно?

12 июня 2011 года в12.06.2011 15:11  3  0  Личное

Блеать,

я безумно люблю свою маму.
Хоть мы не понимаем друг – друга.
Точнее, она не понимает.
но это не мешает мне ее любить.
Я люблю даже ее недостатки.
Люблю ее такой, какая она есть, и очень хочу, чтобы она всегда была счастливой.
Чтобы не грустила, не плакала, не переживала.

Она редко говорит, что твориться у нее в душе, может там поныть, о чем-то несущественном. А так, все держит в себе. В принципе, как и я, но я вообще не ною.

Редко с ней делюсь, стараюсь вообще не делиться.

Перекидывать свои переживания на ее плече, ненавижу.

Когда уже нет сил, то говорю ей. Она помогает, всегда.

Даже если ей это не нравиться, в итоге она соглашается.

Она очень редко что-то мне запрещает.

Я могу пойти, и вернуться во сколько хочу, главное сказать ей, чтобы она не переживала, но она все равно переживает, и звонит, многомногомного раз, да так, что меня заепывает, и я ругаюсь с ней.

Хотя, я же также буду поступать со своей дочкой. (звонить ей дофига, переживать, где там она, во сколько вернется и собирается вообще возвращаться)

Блин, порой я такие гадости ей говорю, не думая, чтобы оттолкнуть, чтобы отстала, а иногда нарочно делаю больно.

Когда она меня выводит из себя, когда я в бешенстве.

Я хреновая дочь, и гордиться тут нечем.

Терпеть не могу себя за это, я поступаю так не только с ней. А с теми, кого люблю…

И только от одной мысли, что могу ее потерять, мне становится, так хренова, что я начинаю еще больше ее ценить, делать все то, что она меня просила, не перчить, не ругаться… вести себя примерно.

Но это продолжается недолго, и я опять начинаю вести себя как последняя тварь.