California

хочу просто друга. не подругу, они сплетницы. разговаривать по ночам в аське, звонить в 4 утра, и ты будешь злиться, но все равно ни чего не скажешь. вот ты сидишь дома, звонок в дверь - он стоит с смешной улыбкой, хватает за руку и тянет в центр. просто друг, напиваться в дребезги, орать небоскребным матом друг на друга, позвонить ему, разревется, и сказать как дорог..просто друг.. спорить о невысказанном о невероятном, целовать в щечку на прощанье, обсуждать его новую девушку. сорвать ему свидание, нет не со зла, а так из за своих принципов.. что б он всегда понимал и прощал. что б он приходил голодный под утро, опустошал мой холодильник, а я с улыбкой буду пить кофе, и верить, что он друг…просто друг.. скучать, когда он уезжает.. при встрече запрыгивать, руками обхватывать за шею, и кричать о том, что за три дня соскучилась. рассказывать последние новости, о том, что любимый натворил, писать глупые смс, в любое время суток. я буду помогать ему с подарками для любимой, любить его парфюм и покупать такой же парню. не один раз сыграть роль любимой - для какой-нибудь стервы. и вечером, когда он будет уходить, тихонько закрывать дверь…улыбаться и верить - что он друг! настоящий.

если я ради человека проеду пол города с грязной головой, значит, он пиздец как для меня дорог

в жизни нужно иметь один важный принцип - всегда брать
трубку, если тебе звонит близкий человек, даже если ты на него обижен, даже если не хочешь разговаривать, и уже тем более если ты просто хочешь проучить, нужно обязательно взять трубку и выслушать то, что он хочет тебе сказать, возможно, это будет что-то по-настоящему важное, а жизнь слишком непредсказуема, и кто знает, увидишь ли ты еще когда-то этого человека живым

Выйду замуж! О себе: готовить не умею, неисправимая лентяйка, ругаюсь матом, а в случае развода заберу машину!)

Я поняла, что самая счастливая девушка на планете, когда среди ночи проснулась от смс:

" Я хочу наблюдать за тобой в зеркало заднего вида, когда ты сидишь на заднем сидении моей машины и так сладко уплетаешь пончики. Я хочу слушать твое ночное мычание в трубку, я буду говорить "Маленькая моя, ты уже засыпаешь, давай я перезвоню утром", а ты будешь отвечать "Неееет!Я совсем не сплю!Так что ты там говорил?", а через 5 минут уже засопишь в телефон. Я хочу заезжать за тобой после института. Я хочу ощущать запах твоего парфюма в своем доме. Я хочу наслаждаться твоей красотой каждый день, каждый час, каждую минуту, каждую секунду. Я хочу, чтобы ты спорила со мной, топала ножками, ведь ты такая милая, когда злишься. Я хочу показать тебе весь мир. Ты все для меня.
Я хочу, чтобы ты стала моей женой. "

видимо люди должны сначала сказать себе "нет", что бы потом сказать друг другу "да"

Когда мы ссорились с твоим папой, (а ссорились мы в основном потому, что мне казалось, что он не разгадывает верно мои прихотливые шарады, а значит — о, ужас! — не любит меня), он выбегал глотнуть воздуха, задыхаясь от острой нехватки слов. А я охватывала тебя руками поверх мячика живота и горестно сетовала, что, вот, нас не понимают, не любят, и остались мы с тобой вдвоем, но
мы-то друг друга не бросим, никогда, и всегда поймем без лишних слов… Папа твой возвращался, клал перед нами цветущую веточку алычи, и говорил свое кроткое «прости меня». Он очень быстро убеждал себя, что виноват сам. Даже когда не понимал в чём. Такой он у нас Мужчина. Драгоценный. Потом были веточки с цветками черешни, потом вишневые, яблоневые веточки. Весь порядок цветения фруктовых деревьев Юга был представлен в умилостивление Богини Воображаемой Боли. Ах, эта роскошь ссор ни о чем! Это сладостное безумство риска: всё или ничего! Как не боялась я тогда претендовать на то, чтобы меня просто угадывали. Без слов. Потому что, что же ещё есть любовь, если не эта безошибочность понимания друг друга? Так я думала тогда. Сейчас… впрочем, неважно.

Больно от того, что в жизни почти некому доверять.Постоянно кто-то подставляет, или люди уходят из твоей жизни.Нет, не умирают, а уходят.Медленно и больно.А особенно уходят те, на кого ты опирался.И вот, остаёшься один.А доверять по-прежнему некому.