Mrs.Malik

mellark:

чудесные

mellark:

Поттер нашёл себе подружку.

Драко Малфой.

nikafox:

loveviewy:

unsolved-mysteries:

Нина Добрев для Seventeen

mellark :

born-from-a-boombox :

wolverine :

prostootvali :

В каждом списке по 5-7 пунктов. Можно с объяснением :)

День 1: Список любимых фильмов

День 2: Список любимых песен на родном языке

День 3: Список любимых зарубежных исполнителей

День 4: Список любимых сайтов

День 5: Список любимых блоггеров

День 6: Список любимых гаджетов

День 7: Список любимых знаменитостей

День 8: Список любимых книг, произведений

День 9: Список любимых блюд

День 10: Список любимых школьных предметов

надо попробовать)

nikafox:

accessorize:

zagorodna:

darka:

nutellka:

После всех мучений, которым я подвергал зрителей, мне еще везет, что у меня есть работа.

Российский фотограф Игорь Лабанов провел небольшой фотосет с Йеном Сомерхолдером в Лос-Анджелесе (октябрь 2011).

nikafox:

new-yorklove:

feltonfuckinggod:

yourvoiceyoureyes:decadence:dammit:felton:world-of-dreams:hermiona:keepout:

На тамблере кстати такая штука очень действенна, можно узнать, сколько среди нас волшебников, которых ты еще не знаешь. :)) Там их порядочное количество :D

(ellebell:barnes:raspberryalin:inception:potter)

mellark:

They are amazing.

mellark:

Фелтон, почему ты так прекрасен ?!

mellark:

—mary:yes-you-can:risha:

Как мы выглядим слушая музыку?

Хип-хоп

Поп

Латина

Металл

Рок

Техно

mellark:

malishevaa:frutis:

mellark:

melberry:

Человечность - самая большая слабость вампира. Не важно, как просто ее отключить, она все равно пытается вырваться. И иногда я позволяю ей это.

© Katherine Pierce 3.09

via nitaleto, spoiled-and-selfish, naastyaaa

mellark:

hogwartsexpress:

Что ? Подождите, что это ?

Я надеюсь это не вырезаная сцена, ибо я найду Йетса и убью его !
Насколько я поняла, здесь Драко беребегает на сторону Гарри.
Как можно было вырезать такой момент ?

В этой сцене Драко спасает Гарри, кидая ему свою палочку.

mellark:

19 лет спустя.

Осень в этом году настала как-то внезапно. Утро первого сентября было золотым и похрустывающим, как яблоко. Когда маленькая семья пробиралась по шумной дороге к огромному дымному вокзалу, выхлопы машин и дыхание прохожих блестели в холодном воздухе, как нити паутины. Родители толкали перед собой по нагруженной тележке с громыхающей поверх остальных вещей большой клеткой. Совы в клетках возмущенно ухали. Рыжеволосая девочка, чуть не плача, плелась позади братьев, крепко вцепившись в отцовскую руку.
— Погоди, осталось недолго, скоро и ты поедешь, — сказал ей Гарри.
— Два года, — всхлипнула Лили. — А я хочу сейчас!
Пассажиры с любопытством глазели на сов, пока семейство двигалось к разделительному барьеру между девятой и десятой платформой. Сквозь окружающий шум до Гарри донесся голос Альбуса — его сыновья продолжали спор, начатый в машине.
— Не буду! Не буду я в Слизерине!
— Джеймс, прекрати! — сказала Джинни.
— Да я только сказал, что он может попасть в Слизерин. — Джеймс улыбнулся младшему брату. — Что тут такого? Он правда может попасть в Сли…
Но мать бросила на него такой взгляд, что Джеймс замолчал. Пятеро Поттеров подошли к барьеру. Самодовольно покосившись через плечо на младшего брата, Джеймс взял у матери тележку и побежал вперед. Спустя мгновение он исчез из виду.
— Вы мне будете писать? — тут же спросил Альбус родителей, пользуясь отсутствием старшего брата.
— Каждый день — хочешь? — спросила Джинни.
— Нет, каждый день не надо, — поспешно сказал Альбус. — Джеймс говорит, что большинство ребят получают письма из дома примерно раз в месяц.

— В прошлом году мы писали Джеймсу три раза в неделю, — сказала Джинни.
— Ты, пожалуйста, не верь всему, что он наговорит тебе о Хогвартсе, — добавил Гарри. — Твой братец любит шутить.
Все вместе они толкали вперед вторую тележку, набирая скорость. У самого барьера Альбус вздрогнул, но столкновения не произошло. Семья просто вдруг оказалась на платформе девять и три четверти, окутанной густыми клубами белого пара от яркоалого «Хогвартсэкспресса». Повсюду в тумане виднелись неясные фигуры, и Джеймс уже исчез среди них.
— Где они? — с тревогой спросил Альбус, глядя на туманные очертания, мимо которых они проходили.
— Мы их найдем, — успокоила его Джинни.
Но разобрать лица в густом дыму было трудно. Голоса, чьих обладателей было не видно, звучали неестественно громко. Гарри показалось, что он слышит голос Перси, во всю глотку рассуждающего о правилах полета на метлах, и он был рад, что в тумане не обязательно останавливаться и здороваться…
— Ал, вот они, помоему, — вдруг сказала Джинни.
Из тумана возникла группа людей, стоящих у последнего вагона. Лишь подойдя совсем близко, Гарри, Джинни, Лили и Альбус смогли ясно увидеть их лица.
— Привет! — сказал Альбус с огромным облегчением в голосе.
Роза, уже переодетая в новехонькую с иголочки форму Хогвартса, встретила его сияющей улыбкой.
— Ну что, припарковался нормально? — спросил Рон Гарри. — Я — да. Гермиона не могла поверить, что я сдам на магловские права. Она думала, что мне придется применить Конфундус к инструктору.
— Неправда, — сказала Гермиона. — Я в тебе нисколько не сомневалась.
— Вообщето я действительно применил к нему Конфундус, — шепотом сказал Рон Гарри, когда они вместе поднимали в вагон чемодан и сову Альбуса. — Я просто забыл, что надо смотреть в боковое зеркало — по правде говоря, я могу с тем же успехом применить заклятие Сверхчувствительности.
Вернувшись на платформу, они застали Лили и Хьюго, младшего брата Розы, за оживленным спором о том, в какой факультет их распределят, когда они наконец поедут в Хогвартс.
— Если ты попадешь не в Гриффиндор, мы лишим тебя наследства, — сказал Рон. — Так что делай свой свободный выбор.
— Рон!
Лили и Хьюго засмеялись, а Альбус и Роза сохраняли торжественную серьезность.

— Он просто шутит, — хором сказали Гермиона и Джинни, но Рон уже не слушал. Поймав взгляд Гарри, он кивком указал на три фигуры ярдах в пятидесяти от них. Пар в эту минуту рассеялся, и маленькую группу было отчетливо видно.
— Смотри, кто там стоит!
Это был Драко Малфой с женой и сыном, в наглухо застегнутом черном пальто. Надо лбом у него уже появились залысины, и от этого вытянутый подбородок казался еще длиннее. Сын был похож на отца не меньше, чем Альбус на Гарри. Драко заметил смотрящих на него Гарри, Рона, Гермиону и Джинни, коротко кивнул им и отвернулся.
— А это, стало быть, маленький Скорпиус, — полушепотом сказал Рон. — Ты должна одерживать над ним верх на каждом экзамене, Роза. Слава богу, умом ты пошла в маму!
— Рон, прошу тебя, — сказала Гермиона полушутливополусерьезно. — Дети еще и в школу то не пошли, а ты уже натравливаешь их друг на друга!
— Ты права, дорогая, — ответил Рон, однако удержаться не мог. — Но ты все таки не дружи с ним оченьто, Роза. Дедушка Уизли не простит тебе, если ты выйдешь замуж за чистокровку!
— Привет!
Это вернулся Джеймс. Он уже отделался от чемодана, совы и тележки и явно горел желанием сообщить новость.
— Там Тедди, — запыхавшийся Джеймс показывал через плечо назад, в густые клубы дыма. — Я его только что видел! Знаете, что он делает? Целуется с Мари-Виктуар! — Мальчик был явно разочарован сдержанной реакцией взрослых. — Наш Тедди! ТеддиЛюпин! Целуется с нашей Мари-Виктуар! Нашей двоюродной сестрой! Я спросил Тедди, что он тут делает…
— Ты им помешал? — сказала Джинни. — Ох, Джеймс, до чего же ты похож на Рона!
— …а он сказал, что пришел ее проводить! А потом сказал, чтобы я катился отсюда! Он с ней целовался! — добавил Джеймс, словно опасаясь, что его не поняли.
— Вот будет здорово, если они поженятся, — восторженно прошептала Лили. — Тогда Тедди правда будет членом нашей семьи.
— Он и так обедает у нас четыре раза в неделю, — заметил Гарри. — Почему бы нам просто не пригласить его жить у нас, и дело с концом?
— Да! — с энтузиазмом откликнулся Джеймс. — Я не против жить с Алом в одной комнате, а мою можно отдать Тедди.
— Нет, — твердо сказал Гарри. — Вы с Алом не будете жить в одной комнате, пока я не решу, что дом пора сносить. — Он взглянул на помятые старые часы, принадлежавшие когдато Фабиану Пруэтту. — Почти одиннадцать. Вам пора заходить в вагон. — Не забудь поцеловать от нас Невилла, — сказала Джинни Джеймсу, обнимая его.
— Мама! Я не могу поцеловать профессора!
— Но ты ведь знаком с Невиллом… — Джеймс закатил глаза.
— Так то дома, а в школе он профессор Долгопупс! Представляешь, я приду на зельеварение и скажу… — Покачивая головой над материнской глупостью, он дал выход своим чувствам, пихнув Альбуса. — Ал, пока! Берегись, не просмотри фестралов!
— Но они же невидимые? Ты говорил, что они невидимые!
Джеймс в ответ только рассмеялся, подставил щеку под поцелуй матери, на бегу обнял отца и вскочил в быстро заполняющийся вагон. Они увидели, как он помахал им из окна и побежал по коридору отыскивать друзей.
— Фестралов нечего бояться, — сказал Гарри Альбусу. — Они очень добрые и совсем не страшные. И потом, вас повезут до школы не в каретах, а на лодках.

Джинни поцеловала Альбуса на прощание:
— Пока, до Рождества!
— Пока, Ал, — сказал Гарри, обнимая сына. — Не забудь, что Хагрид пригласил тебя на чай в пятницу. Не ругайся с Пивзом. Не затевай поединков, пока не научишься сражаться. И не давай Джеймсу тебя морочить.
— А если меня распределят в Слизерин?
Это было сказано тихим шепотом, чтобы не слышал никто, кроме отца. Гарри знал, что только миг разлуки мог вырвать у Альбуса этот вопрос, выдававший неподдельный и глубокий страх.
Гарри присел на корточки, и лицо Альбуса оказалось чуть выше его головы. Из трех детей только Альбус унаследовал глаза Лили.
— Альбус Северус, — сказал Гарри тихо, так что слышать их могла только Джинни, а у нее хватило такта увлеченно махать в этот момент глядевшей из поезда Розе, — тебя назвали в честь двух директоров Хогвартса. Один из них был выпускником Слизерина, и он был, пожалуй, самым храбрым человеком, которого я знал.
— Но если…
— Значит, факультет Слизерин приобретет отличного ученика, правда? Для нас это не важно, Ал. Но если это важно для тебя, ты сможешь выбирать между Гриффиндором и Слизерином. Распределяющая шляпа учтет твое желание.
— Правда?
— Мое она учла, — сказал Гарри.

Он никогда раньше не рассказывал об этом своим детям, и увидел изумление на лице Альбуса. Но в этот момент по всему алому поезду уже захлопали двери, смутные фигуры родителей толпой устремились вперед с прощальными поцелуями и последними наставлениями. Альбус вскочил в вагон, и Джинни закрыла за ним дверь. Из ближайших к ним окон высовывались школьники. Множество лиц, как в поезде, так и на платформе, было обращено на Гарри.
— Чего они все смотрят? — спросил Альбус, протискивая голову в окно рядом с Розой и оглядывая соседей.
— Не беспокойся, — сказал Рон. — Это все изза меня. Я страшно знаменит.
Альбус, Роза, Хьюго и Лили рассмеялись. Поезд тронулся, и Гарри пошел рядом с ним по платформе, глядя на худенькое, горящее от возбуждения лицо сына.Гарри махал вслед и улыбался, хотя вид поезда, уносящего вдаль его дитя, наполнял сердце грустью…
— С ним все будет в порядке, — тихо сказала Джинни. Взглянув на нее, Гарри рассеянно опустил руку и прикоснулся к шраму на лбу.
— Конечно.
Шрам не болел уже девятнадцать лет. Все было хорошо.

mellark:

persues-evans:expelliarmus:cucumber:elegantlady:

via anayork

щитощитощито!!! ЩИТО???? такое было разве? ЩИТО????

ахах

все такие просто в шоке :D

что-то мне подсказывает, что это просто неудачный дубль, и в перерыве палочка осталась у Тома :D