Январская Настя.

Любовь – это не когда люди смотрят в одном направлении, а когда они закрывают глаза и по-прежнему видят друг друга.

Черничка , зайди ко мне куда-нибудь.

peterpansyndrome:

anastasiajanuary:

— Я просмотрел тысячи девушек, и ни одна не была похожа на княжну так, как ты. Взгляни на картину!

— Я сразу поняла, что ты псих. А теперь я вижу: вы чокнулись оба!

Все Димы такие, я Вам скажу.

Ну конечно, все мы такие, подлецы. А ещё тот Дмитрий-мошенник обманывал девушек, пользовался фальшивыми паспортами, выдавал себя за другую личность, врал самой бывшей Императрице и вообщем, наш человек: }

Как же ты мог не сребложить, конечно, яждала такой реакции.) Ну а если ты понимаешь всё это, то это уже шаг на пути к исправлению, Яблочный мой родной:]

— Я просмотрел тысячи девушек, и ни одна не была похожа на княжну так, как ты. Взгляни на картину!

— Я сразу поняла, что ты псих. А теперь я вижу: вы чокнулись оба!

Все Димы такие, я Вам скажу.

Куда столько чемоданов? Они как будто переехали, а не на неделю приехали :D

Все выкладывают Трансформеров, а я их конечно жду, но я буду выкладывать Монте - Карло: 3

Леейтон, любимая моя. Надеюсь что она отлично сыграет, как и всегда.

Красивые все, не считая конечно, что я не люблю блондинку.

Скорее-скорее-скорее!

Задело — за дело. И дико мне — иди ко мне. Покалечилась — пока лечилась. Мы женаты — мы же на ты.

boston:

Мило, когда он интересуется моим здоровьем. Как обнимает и по-дружески хлопает по плечу. Чертовски приятно, что действительно слушает. И я просто млею, когда говорит: "Я, кажется, начинаю понимать, какая ты на самом деле…" Я влюблена в те моменты, когда мы сидим на кухне с чаем и смеёмся над тем, что многие сочли бы неприличным. Чертовски привлекательная и в чем-то опасная дружба.

Я не хочу прожить остаток жизни, тоскуя по тебе и представляя, что могло бы случиться.

Пока вьюви не работал, у меня было столько мыслей и постов для бога, так как только он заработл, как будто память стёрло.Что за несправедливость такая -_-

— А ты что не ждешь меня? — спросил он, стоя у самой двери.

— Не цепляйся к словам, Миша! Не мучай меня такими вопросами! Я не знаю, как тебе ответить. Какой-тоспектакль получается, в самом деле. Я вчера мучалась… Сегодня мучаюсь из-за того, что вчера надумала и сказала. Не спрашивай меня. Иди. Миша быстро шагнул к ней и обнял. Пакет неприятно зашелестел, но не помешал. Он крепко прижал её к себе, поцеловал в щеку, а потом отыскал губы и поцеловал в губы сильно, но коротко. Она обняла его. Так они стояли, обнявшись.

— Прости меня, милая! — сказал он тихо.

— Как редко ты меня целуешь, обнимаешь и даже просто трогаешь. А я всегда жду, — сказала она тихо-тихо. — Я тебя всегда жду и всегда волнуюсь.

Пора наверное и поспать мои жалкие 3 часа, нет, даже меньше. Преедпоследний экзамен, а потом нормальный сон, нормальный распорядок дня, многомногомного кушать.

Всем спокойной ночи, вьюверы родные: 3

Я знаю, что ты пожалела, признав, что, возможно, мы сможем быть вместе. Знаю! Я даже знаю, что сейчас ты, возможно, собираешься меня отшить и раздумываешь, как бы об этом сказать. В том то и дело, Ханна, я тебя знаю лучше, чем ты сама.

Крепкий Элль. ©

"Это не была любовь, это была страсть, доведенная до агрессии. Чувство намного глубже и сильнее. Смысл и достоинство любви как чувства состоит в том, что она заставляет нас действительно всем нашим существом признать за другим то безусловное главное значение, которое, в силу эгоизма, мы ощущаем только в самих себе. Любовь важна не как одно из наших чувств, а как перенесение всего нашего жизненного интереса из себя в другое, как перестановка самого центра нашей личной жизни. Первоначальная сила любви теряет здесь весь свой смысл, когда ее предмет с высоты безусловного центра увековеченной индивидуальности низводится на степень случайного и легко заменимого средства для произведения нового, быть может немного лучшего, а быть может немного худшего, но во всяком случае относительного и преходящего поколения людей. Итак, если смотреть только на то, что обыкновенно бывает, на фактический исход любви, то должно признать ее за мечту, временно овладевающую нашим существом и исчезающую, не перейдя ни в какое дело (так как деторождение не есть собственно дело любви). Но, признавая в силу очевидности, что идеальный смысл любви не осуществляется в действительности, должны ли мы признать его неосуществимым?"