книга

Я скучаю. Это единственное объяснение моей тяги к прошлому. Не помогают никакие советы и психотехники. Можно только смириться, стараться скучать все тише и тише с надеждой когда-нибудь научиться просто помнить.

Если ты по-настоящему захочешь стать счастливым, ты обязательно станешь им.

Мне нужно идти. В движении чувства не так душат, как ночью, когда ворочаешься в постели, собирая одеяло в плотный комок, чтобы было кого обнимать во сне.

Мы разучились разглядывать скомканные пролетающими самолетами облака. Мы стали заложниками эгоцентричных теорий, умных слов, описывающих чужой опыт, идей, выдающих общее равнодушие, бесцветных реалий повседневности. Мы больше не всматриваемся в закаты, нам интереснее рекламное предложение в журнале. Надо бы чаще заглядывать в себя. Для этого не нужно денег или особых условий. Все очень просто. Остановиться и аккуратно заглянуть внутрь, где тихое сердце уже отчаялось нас звать… Но нам проще оправдывать свое неумение жить занятостью.

Продолжительное счастье приходит к тем, кто крепко держится за его мгновения.

Люблю себя. И Вас, - тоже люблю.

Спасибо, что подарил мне сердце.

Люди дышат иллюзиями. Абсолютно все.

Я начинаю понимать зачем родители лгут детям. Чтобы они верили, что самое страшное смешать шипучку с кока-колой. Чтобы уберечь от настоящего зла. Чтобы они ложились спать в безопасности; и если для этого нужно лгать — пускай.

Там теплые песок и очень прозрачная вода,
Там к берегу ведут такие смешные указатели.
Знаешь, даже если мне придется в доме все вещи продать,

Ты увидишь море обязательно.

мы тут посидели с моим котом и решили, что вы все придурки

You're just like a pill.
Instead of makin' me better,
You keep makin' me ill.

В его глазах я вижу сталь. Он никогда не будет моим, а жаль.

Задуматься. Уйти в себя. Окинуть неба
наклон бессонными глазами.
Ресницы смежить. Волосами
рассеять ветерок, невидимый как небыль.
Заметить мах кружения далёкой птицы.
Вздохнуть от праздности незнаний, –
(и виновата в том весна ли?) …
Неверие в полёт без крыльев не простится.
Пусть явь ли, сон ли прочь уйдёт, прервётся,
но не сейчас, потом, когда-то…
Что это – гром? Его раскаты
напоминают звон ведра на дне колодца.
Смешно. Улыбка. А вокруг потоки счастья,
касаясь, греют и качают:
нет ни грустинки, ни печали, –
молиться хочется о прочности их власти…

Наша страсть - как осколок льда,
режет руки и тает сразу.
Так кричи же смелее "да",
с губ моих облизав заразу,
что заставит утратить "я",
нас оставит в воде стоячей,
и холодная полынья
жар болезненный ловко спрячет.
Из чернеющей глубины
выплываю налимом скользким,
предсказания все даны
- только хватит их мне - насколько?
Как не знать, что нелеп мой плен,
а любовь - искусственный казус,
не подняться тому с колен,
кто упал на них с первого раза,
тянет запах затхлой воды,
что давно бедна кислородом,
пар уходит в мороз седым,
мы с тобой, должно быть, - уроды,
раз привычную радость тел
заменили дурманным адом,
без тебя - ничего не хотел,
и с тобой - ничего не надо.
В небе демонов хор поет,
потому что пора настала,
каблуком разбиваю лед,
ноги мерзнут в сиропе талом,
оправданье себе совью
из волос твоих цвета ночи.
Не тащи меня в полынью,
если сам умирать не хочешь.