Ты не помнишь меня. Очевидно, такое бывает. Я скрываю тебя ото всех, от себя скрываю, ты не помнишь меня - полоса, как зигзаг, кривая и такая вот черная, цвета твоих волос. Никаких теперь шуток, не помнишь меня, всерьёз. Я тебе задаю, словно вслух, неживой вопрос. И сама же легко на него отвечаю. Очевидность простая, улыбка под утро больная. И земля под ногами - серая, неживая. Ты не помнишь меня, но лето запомнило нас, может, следущий август тебе передаст приветы, и я даже не против, чтоб кто-нибудь взял да и спас, только чтобы он никогда не узнал об этом. Превращаюсь в вчера, я - немое твое вчера. Кола, лед и баккарди, и губы темнее вишни… И жара, как в Сахаре, не помнишь - такая жара, что у нас от нее едва не срывало крыши. Я теперь - воплощенный улыбчивый автомат, собираю улыбки, и закрываю в ящик, то и дело наружу рвется хороший мат - без претензий такой, раскованный, настоящий. Приставучая бледность лица, вечно хочется спать, я смеюсь себе в зеркало: "что, утопленница, не тонешь"? Без конца обрываю голос - тебя не звать… Боже, как это так - неужели совсем не помнишь?.. Мы не виделись чертову вечность. Пора понять - уважительный срок для неласковой амнезии. Бесконечность надежды накладывает печать - и глаза мои стали мертвыми, огневыми - я сжигаю всех тех, кто смог бы тебя целовать, тех, когда-либо называвших простое имя… Я ревную тебя даже к времени - и оно как кино мне транслирует фото тебя с другими. Ты не помнишь меня, и это почти не жаль, говорят это к лучшему - стыдно зато не будет. Я молчу - принужденно. Как собранная спираль. Неужели и время нас с тобою забудет? И за столик в кафе, где мы пили отнюдь не чай, каждый день, представляешь, садятся новые люди. Они просят с корицей кофе, и им не жаль. время судит меня, как убийцу. Всё судит и судит
Мария Маленко