Нет, это в каком-то смысле храбрый поступок. Я не говорю, что смело впустить в себя пулю. Следующие месяцы боли были бы куда больнее, чем этот выстрел. Я говорю о смелости отказаться от месяцев, проведенных рядом с тобой, пробуждений рядом с тобой или игр с детьми, чтобы в эти месяцы не видеть в твоих то, как моя боль тебя убивает, и, чтобы мое слабеющее тело, которое покидает дух, не стало твоей последней памятью обо мне.
