начало ( х )

—---

Как убить меня или Пита? Сейчас или потом, на арене? Зачем он вообще пошёл на Игры? Тут я не выдержала и спросила его:

— Катон, зачем ты вызвался добровольцем?

Мой вопрос явно загнал его в тупик, он даже не ожидал, что я спрошу у него что-либо. Он ответил после долгой паузы:

— Нас готовят к этому… Ты же знаешь об этом, зачем тогда спрашивать?

— Не знаю, просто захотела, вот и спросила.

От моих слов мне стало смешно, Катон тоже заулыбался, он явно не понял суть моего неожиданного весёлого настроения.

— Ты чего смеёшься?

— Нервы, наверное, я лучше спать пойду, а то до Игр не доживу и умру со смеха.

— Я тоже, пожалуй, пойду, тебя проводить?

С чего это он такой милый со мной? Или он со всеми такой? Он всё ещё оставался для меня загадкой.

— Если я скажу, нет, ты меня не убьёшь? – не переставая смеяться, проговорила я.

— Лучше тебе сказать да.

После этих слов мне стало не по себе, и я перестала смеяться. Улыбка исчезла с моего лица. Теперь он улыбался во все 32 зуба.

— Остынь, Китнисс, я пошутил.

— Ну, и шуточки у тебя.

Я пихнула его и побежала к двери. Кроме Гейла, я ни с кем себя не чувствовала свободной. Что-то было в Катоне, что привлекало меня, в тоже время что-то отталкивало.

— Ну, всё, Китнисс, тебе не жить.

Смеясь, он побежал за мной. Всю дорогу до моей комнаты мы шли и дурачились.

— Вот мы и пришли, пока, Катон.

Я повернулась к двери, начала открывать её, как он повернул меня к себе и обнял. Где-то минуту я стояла в объятиях Катона. Потом он пожелал мне спокойной ночи и ушёл.