Мы с Питом снова привыкаем друг к другу. До сих пор бывают моменты, когда он хватается за спинку стула и не отпускает её, пока очередное яркое воспоминание не уйдёт. Мне снятся кошмары, и я с криком просыпаюсь, когда снова вижу выродков или потерянных детей. Но его руки рядом, и они успокаивают меня. Потом и его губы. В ту ночь, когда я снова чувствую тот же голод, что охватил меня той ночью на пляже, я понимаю, что когда-нибудь это всё равно бы случилось. Что для того, чтобы выжить, мне нужен не огонь Гейла, зажигающийся от ярости и ненависти. Мне нужен весенний одуванчик. Ярко-жёлтый цвет, символ возрождения, а не разрушения. Обещание, что сколь бы ни были велики наши потери, жизнь может продолжаться. Что мы снова сможем жить хорошо. А это может дать мне только Пит.

Поэтому потом, когда он шепчет мне: « Ты меня любишь. Правда или ложь? »
Я отвечаю: « Правда ».

Сьюзен Коллинз.
"Сойка Пересмешница".
Глава 27.