***
Следующим утром я и Джеймс встали рано, чтобы подготовиться к последнему дню в школе. Нам должны были вручить дипломы об окончании старшей школы. И как обычно, выбирались два лучших ученика, которые должны были произнести торжественную речь, подготовленную ими самими. Все знали, что от класса A будет выступать Миллер, но всеобщему удивлению не было предела, когда мы узнали, что в этом году вторым учеником буду я, из класса F.
Облачившись в школьную форму, я спустилась вниз, где меня ждала тётя Кэрол с фотоаппаратом в руках и Джеймс собственной персоной. Тётушка тепло мне улыбнулась, аккуратно подправила воротник моего пиджака и, взяв меня за руку, потянула к входной двери. Мы поехали в школу на машине тёти Кэрол. Доехав, мы с Миллером быстро вышли из машины и побежали в зал собраний. В зале почти не оставалась мест, и я не знала, куда же мне сесть. Но всё моментально разрешилось, когда я увидела, что из середины зала мне машут рукой Эмма и Джина. Я, извиняясь перед уже сидящими ребятами, всё-таки пробралась к подругам и села в кресло между ними.
Справа от меня сидел Эндрю, а слева навязчивая одноклассница, которая уже два года предлагала мне встречаться. А ещё правее сидел придурок Смит, который завидев меня сразу же спросил:
-Миллер, ты ведь экзамены отлично сдал. Зачем ты поступил в тот же университет, что и Бекки?
Как же меня достали эти дурацкие вопросы об университете. Почему бы им всем уже не успокоиться?
-Хотел тебя позлить, - сказал я, ухмыльнувшись.
Смит взбесился и был готов на меня накинуться, как вдруг зал погрузился в темноту, и над сценой, на которую вышел директор школы, зажглись софиты.
- Итак, начнём церемонию вручения дипломов школы МакКинли, - начал говорить директор, - Из года в год результаты экзаменов были весьма предсказуемыми. Но в этот раз, мы были очень удивлены. И я думаю, что вы понимаете, о чём я говорю. Во-первых, ученица F-класса Ребекка Тэтчер поступила в Университет Уильяма МакКинли. Во-вторых, наш лучший ученик, Джеймс Миллер, так же поступил в Университет Уильяма МакКинли. Что же это такое? – последнюю фразу он возмущённым голосом прокричал.
-Подстава! – крикнул из зала Смит. Все засмеялись.
-А теперь, слово ученику А-класса, Джеймсу Миллеру.
Я встал со своего места, минуя одноклассницу, Смита и остальных ребят, вышел в проход и последовал к сцене. Когда я поднялся на сцену, директор пожал мне руку и указал на микрофон. Я посмотрел на людей, сидящих в зале, глаза которых были устремлены лишь на меня.
- Как сказал однажды Оливер Уэнделл Холмс: «Главное в этом мире не то, где мы стоим, а в каком направлении движемся». Сегодня мы – выпускники, три года мы шли к этой цели. Но теперь перед нами выбор, куда пойти. Я сам не мог сделать выбор, и, по правде говоря, сейчас не знаю. Но кое-что я знаю наверняка, благодаря одной бабушке, которую я никогда не видел. Она говорила жить весело. Я хочу попробовать. Я знаю, что не могу делать людей счастливыми, но я попробую сделать счастливым хотя бы себя. И ещё, надеюсь, что вы все, независимо от избранного пути, своего окружения, будете счастливы. Спасибо.
Зал разразился аплодисментами, и я понял, что моё дело сделано. Я спустился со сцены и стал ждать дальнейших указаний.
-А теперь, ученица F-класса, Ребекка Тэтчер и ученик А-класса Джеймс Миллер, примут дипломы выпускников.
Я увидел, как Ребекка вскакивает со своего кресла и бежит к сцене. Она подбежала ко мне, и мы стали вновь подниматься по лестнице на сцену.
Пока мы поднимались, мне показалось, будто мы с Джеймсом походим к алтарю. Я была в красивом белом платье, а он в чёрном костюме, с белой розочкой в бутоньерке. Джеймс улыбнулся мне, и мы подошли к священнику, который до боли был похож на нашего директора.
- Согласен ли ты, Джеймс Миллер, взять в жёны Ребекку Тэтчер, чтобы быть с ней и в горе и в радости, в болезни и во здравии, до тех пор, пока смерть не разлучит вас?
-Согласен, – уверенно ответил Джеймс, человек, которого я любила больше всего на свете.
- Согласна ли ты, Ребекка Тэтчер, взять в мужья Джеймса Миллера, чтобы быть с ним и в горе и в радости, в болезни и во здравии, до тех пор, пока смерть не разлучит вас?
-Да! Согласна! – живо ответила я и вдруг услышала, как кто-то засмеялся. Я обернулась и увидела, что весь зал смеётся над моей фразой. Чёрт! Я опять размечталась. Джеймс посмотрел на меня, после чего закатил глаза. Он всё понял.
-Бекки! Я согласен! Ты для меня всё! – послышался из зала крик Джона, - Я люблю только тебя!
-Ты это кому?! – закричала в ответ тётя Кэрол, - Я против! Эй, Джеймс, ты ведь тоже против?! Скажи ему!
Но Джеймс, стоявший рядом со мной, только засмеялся. Он взял дипломы и подошёл ко мне:
-Чего стоишь? Пойдём.
***
После церемонии я, Джина, Эмма и тётя Кэрол вместе смеялись над случившимся.
-Бекки, ну ты и выдала, - смеялась Джина.
-Да! Это в её стиле! – поддерживала подругу Эмма.
Наконец-то мы вышли на улицу, и тётя начала вспоминать свои школьные годы:
-Как же я хотела бы снова оказаться в школе, форму поносить…
Тут моё внимание приковала к себе целующаяся пара около дерева, и, видимо, не только моё. Тётя Кэрол стала умиляться и сказала:
-Вот! Об этом я и говорю! Этим должен запомниться выпускной вечер! Так! А где же Джеймс?! Найдите его!
Мы начали оглядываться вокруг в поисках Джеймса, первая его заметила Джина, он стоял и разговаривал со своим одноклассником. Тут к нему подбежала стайка девчонок, которая начала умолять его сфотографироваться с ними. Но он, попрощавшись с одноклассником, ушёл. И тут к нему подбежала его красивая, но очень доставучая одноклассница Лорен:
-Джеймс, давай сфотографируемся! – тут она взяла его под руку и крикнула подругам, - Девчонки, фотографируйте быстрее.
Но к нашему удивлению и к радости тёти Кэрол Джеймс вырвался из её объятий и ушёл. Лорен была очень недовольно, а тётя начала уговаривать меня подойти к нему. Но мне было очень страшно. Тётушка позвала Джеймса и подтолкнула меня к нему.
-Что? – спросил меня Миллер, - Сфотографироваться хочешь?
-Да, - коротко ответила я.
-Правда, хочешь сфотографироваться?
Я испугалась его возмущённого вида и смущённо произнесла:
-Нет, не хочу.
Рядом засмеялась Лорен, и я, опустив голову, отошла от Миллера. Но тут он обнял меня за правое плечо и крикнул тёте Кэрол:
-Мама! Фотографируй быстрее!
Я никому не позволил фотографироваться с собой, но в конце, все же, поймал мою Ребекку. Как-то странно фотографироваться вот так. В детстве меня заставляла фотографироваться мама, но потом я закрылся для этого мира. Мне не нравится заставлять себя улыбаться, но благодаря маме, мои выражения лица на фотографиях не казались грубыми. Но сегодня особый случай. Решил сделать Ребекке подарок, перед Лорен, которая все время издевалась над ней, я улыбнулся, и счастливая мама сфотографировала нас.
Я всегда буду улыбаться на этом фото.