peter-pan:

Да, Римус Люпин был оборотнем. Ну и что из этого? Мы знали это со второго курса - Джеймс Поттер, Питер Петтигрю и я. С того самого дня, когда Джеймс, наконец, потребовал от Рима объяснений о его ежемесячных исчезновениях из школы и шрамах, которые он так старательно, но безуспешно пытался скрыть по возвращении. Конечно, мы не сразу переварили эту шокирующую новость. На первых порах, между нами словно возникла невидимая стена и, казалось, дружбе пришел конец. Сейчас я с болью вспоминаю те холодные и пустые, ничего не значащие слова, сдержанные, нерешительные прикосновения и натянутые улыбки. Но друзей не бросают, и, в конце концов, мы поклялись стоять за Рема, что бы ни случилось. А затем, когда начался наш четвертый год в Хогвартсе, перед нами открылись новые захватывающие возможности. Мы наконец-то начали делать настоящие успехи на наших тренировках по превращению в анимагов (начатых, кстати, на том же втором курсе). И вскоре мы уже могли проводить с Римом ночи полнолуний, тем самым, положив начало новой, удивительной и полной приключений эпохе в нашей школьной жизни. Конечно, не обходилось без несуразностей. Я уже почти научился превращать свои уши в уши немецкой овчарки, а вот Джеймс однажды явился в душевую комнату квиддичной раздевалки, щеголяя пушистым оленьим хвостом.

Сириус Блэк о временах Мародеров.