Отца положили в больницу.

Он у меня человек очень пожилой, и казалось бы, разные плохие исходы в минуты тяжелых размышлений можно накрутить, но кто бы мог подумать, что его рискует свести в могилу не один диагноз, а два, конфликтующие между собой.

Он пьет антикоагулянты, потому что у него был стволовой инсульт, и ему надо на постоянной основе принимать препараты.

Из-за этого на любое кровотечение прибегает квентин тарантино, и конечно где тонко, там и рвется. Начались кровотечения, которые можно прекратить препаратами для свёртываемости крови (и само собой прерыванием приема антикоагулянтов), но в этом случае во много раз вырастает риск инсульта, который в этом возрасте может его убить или сделать овощем.

Стараюсь не плакать и не думать о плохом.

Ещё пример той старости, которую не ждёшь — мой дедушка с маминой стороны. Сколько я его знаю, жил на даче, одна комната без удобств, с туалетом во дворе даже в минус тридцать, зимой топил печку, но не представлял себе жизни в городе, в квартире. Стал настоящим отшельником. Всякое могло с ним случиться, мог разбить удар прям там, на даче, или настичь рак, но вместо этого он полностью ослеп.

И теперь вынужден жить в маленькой квартирке с бабушкой, которую обвиняет во всех грехах, и ненавидеть весь мир.

Никогда не знаешь, что уготовано.

Но так хочется, чтобы в мире было меньше страдания.

Суровое море кораблик уносит

Навстречу закату, навстречу судьбе.

Из тёплого лета в коварную осень.

Где небо темнее и ветер грубей.

.

И хрупкое судно покорно стихии.

Плывёт не мечтая о доле иной.

Туда, где и прежде тонули другие.

Молчит и не спорит с могучей волной.

.

Отпущен штурвал и валяются вёсла.

Трясётся от страха седой капитан.

Команда сдалась беспощадной и грозной

Бездонной пучине. Идёт на таран.

.

По воле чужой прямо к острому рифу

Кораблик плывёт забывая о том,

Что путь предначертан лишь в сказках и мифах,

А в жизни меняется крепким веслом.