Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Владивосток. Новая набережная.

Под мостом поцелуев расцветают все мечты. (с)

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Как оказалось, я стал таким «поводом» для написания прекрасного рассказа. Точнее фанфика. Ситуация, описывавшаяся там, и правда заставляла задуматься над чувствами героя, прекрасное владение словом и много факторов, за которые я просто обязан полюбить и это повествование подруги, … если бы только оно не было основано-на-реальных-событиях, связанные все-таки и со мной.

И ты понимаешь чувство человека, его ощущения, как было ему неприятно. Больно? Становится не по себе.

Пусть иногда у тебя возникали похожие претензии к ней.

Пусть история и послужила сюжетом сему чуду.

Пусть это все было летом, и надо забыть бы уже.

Пусть подруга говорит, что все нормально, и она уже на нас не обижается.

Пусть…

Когда она закончила, мне было стыдно посмотреть в ее сторону. Хотелось исчезнуть, сбежать, растворится. Совестно, да.

В такие моменты ты понимаешь, как люди, сами того нехотя, делают глупые вещи, говорят неправильные слова, совершают необдуманные поступки, которые могут ранить родных и близких. Пускай это больше никогда не повторится.

Читать на Вьюи...

♥ ♥ ♥

Читать на Вьюи...

Англия. XVIII век. Габриэль - сирота, прожившая всю свою жизнь в приюте. Но по роковому стечению обстоятельств, ей приходится притворяться её погибшим другом Джереми, внебрачным сыном аристократа. Так начинается её новая жизнь. Жизнь, в которой ей придётся примерить на себя чужую личину. И первым шагом к новой судьбе становится поступление в элитную частную школу для мальчиков. И теперь Габриэль придётся с головой окунуться в беспощадный мир аристократов, которым правят жестокость и насилие, а ставками в безумных играх служат человеческие жизни. Мир, где царит хаос, властвуют зависть и злость, интриги и соперничество. Но даже в этом мире невозможно укрыться от любви, преданности и настоящей дружбы…

Это место так впечатляюще и прекрасно снаружи, но прогнившее изнутри.

Чувствую, будто медленно погружаюсь в ледяные пучины вечности.

Мои часы приостановились, но теперь они снова идут.

Читать на Вьюи...

Заходим на сайт: https://citaty.info/random
Берем, пишем у себя вот это:

Обо мне:

Что есть залог порядочности? Страх! В том и трудность. Вам уже нечего бояться, господа. Вы возлежите на самой вершине могущества, прикрывшись своим ложным идолом. Смеясь над правосудием, вы скрываете свою жизнь даже друг от друга. Но не от Бога.

О жизни:

Люди боюятся любить и любят бояться, любят испытывать перед чем-нибудь благоговейный трепет.

О будущем:

Неприязнь подстегивает ум и является самой плодотворной почвой для острословия.

О врагах:

– А вы меня напугайте, – улыбнулась я. – Самим-то не страшно ночью возле леса сидеть? Неужто там никаких страховидл не водится?
Дедок не заставил себя долго просить, напротив – прервать поток его красноречия оказалось куда сложнее.
Страховидл в округе водилось такое количество, что я только диву давалась, как в селе вообще остался хотя бы один живой человек. Вампиры кружили над Замостьем целыми стаями, через него же проходили миграционные пути упырей и вурдалаков, покойники и те не желали спокойно лежать в могилах, ночами требуя впустить их обратно в дом или хотя бы вынести им стопку самогона. На описании сотенных косяков нетопырей («так крыльями и хлопают, так зубишшами и скрежещут! » ;) я сдалась, тем более что нацыга наконец замолчала. Наверное, тоже испугалась такого обилия чудищ.

О друзьях:

Ты рискуешь жизнью ради помощи незнакомым людям. Ты можешь прятаться за штукатуркой на твоем лице, но я то знаю, что под ней настоящий герой.

Про сегодняшний день:

Не сводите с ребенка глаз. Никому его не доверяйте. Держите его обеими руками. Ребенок должен быть не только в сердце, но и рядом с вами.

Про завтрашний день:

Гении от Бога не интересуются чужим мнением, они с головой уходят в работу, и потому их творчество свободно и вечно.

Про мой характер:

Бывало со мной и другое: ночью, лежа в постели, я вдруг вспоминал, что смертен.

Кредо:

Дерево стонет, когда его рубят; собака скулит, когда её бьют. А человек, когда его оскорбляют, становится взрослее.

Отношения:

— Я не утешительный приз, Декс. Не хочу быть тем, что осталось, когда больше ничего не осталось. Мне кажется, я стою большего.

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Люди на старых снимках всегда выглядят сильными и юными, и как будто они намного счастливее тебя.

Тебе нравится проводить каникулы с семьёй? Я имею в виду не только твоих родителей, но и дядей, тёть, двоюродных братьев и сестёр. Мне нравится. Этому есть несколько причин.Во-первых, это очаровательно, как все делают вид, что любят друг друга, когда на самом деле не проявляют даже симпатии. А во-вторых, мы постоянно ссоримся по одному и тому же поводу.

Когда я закончил читать, все молчали. Это была грустная тишина. Но, что удивительно, это не была тяжёлая грусть. Просто это стихотворение стало тем, что заставило всех оглянуться вокруг, посмотреть друг на друга, и запомнить, что все они были здесь. Сэм и Патрик смотрели на меня. А я смотрел на них. И я думаю, что они поняли. Не что-то конкретное. Просто поняли. И, думаю, это всё, что может быть нужно от друзей.

Однажды на жёлтом листе бумаги с зелёными строчками он написал стихотворение.

И назвал его «Пасть», потому что так звали его собаку.

О ней и был весь стих.

И его учитель поставил ему высший балл и наградил золотой звездой.

И его мама повесила стих на кухонную дверь и зачитала его тётушкам.

Это был год, когда Отец Трейси повёл всех детей в зоопарк.

И разрешил им петь в автобусе.

И его маленькая сестра родилась с крошечными ногтями и без волос.

И его мать и отец много целовались.

И девушка, живущая за углом, отправила ему валентинку,

внизу неё поставив ряд букв «х», и он спросил своего отца, что это означает.

И его отец всегда по ночам поправлял ему одеяло.

И всегда был рядом.

Однажды на белой бумаге с синими строчками он написал стихотворение.

И назвал его «Осень», потому что тогда было это время года.

О ней и был весь стих.

И его учитель поставил ему высший балл и попросил его писать разборчивее.

И его мать не повесила стих на кухонную дверь, потому что она была недавно покрашена.

И ребята сказали ему, что Отец Трейси курит.

И оставляет окурки на скамейках.

И иногда они прожигают дырки.

Это был год, когда его сестра стала носить очки с толстыми линзами и чёрной оправой.

И девушка, живущая за углом, рассмеялась, когда он позвал её смотреть Санта Клауса.

И ребята рассказали ему, почему его мать и отец так много целовались.

И его отец больше не поправлял ему одеяло.

И его отец рассвирепел, когда он попросил его сделать это.

Однажды на бумаге, вырванной из своей записной книжки, он написал стихотворение.

И назвал его «Невинность: вопрос», потому что это был вопрос о его девушке.

Об этом и был весь стих.

И его учитель поставил ему высший балл, одарив странным взглядом.

И его мать не повесила стих на кухонную дверь, потому что он не показал его ей.

Это был год, когда Отец Трейси умер.

И он забыл, чем заканчивается текст Апостольского Символа веры.

И он застал свою сестру целующейся у заднего выхода.

И его мать и отец больше никогда не целовались и даже не разговаривали.

И девушка, живущая за углом, стала слишком много краситься.

Из-за этого он закашлялся, когда целовал её, но всё равно продолжал это делать,

потому что был должен.

И в три часа утра он сам поправил себе одеяло под громкий храп своего отца.

Поэтому на клочке коричневого бумажного пакета он написал другое стихотворение.

И назвал его «Абсолютная пустота».

Потому что стих был именно об этом.

И он сам поставил себе высший балл и порезал чёртовы запястья.

И он повесил стих на дверь ванной, потому что подумал, что не сумеет дойти до кухни.

Это то самое стихотворение, которое я прочитал Патрику. Никто не знал автора, но Боб сказал, что слышал его раньше и слышал, что его написал парень, покончивший жизнь самоубийством. Я очень надеюсь, что это не так, потому что тогда я не знаю, нравится ли мне окончание.

— Чарли… Ты когда-нибудь целовал девушку?

Я отрицательно покачал головой. Было так тихо.

— Даже когда был маленьким?

Я опять покачал головой. И она выглядела очень грустной.

— Я знаю, что ты знаешь, что мне нравится Крейг. И я знаю, что сказала тебе не думать обо мне в этом смысле. И я знаю, что мы не можем быть вместе. Но я хочу забыть об этом на минуту. Хорошо?

— Хорошо.

— Я хочу быть уверена, что твой первый поцелуй будет с человеком,

который любит тебя. Хорошо?

— Хорошо.

Сэм начала плакать ещё сильнее. И я стал тоже, потому что когда я слышу что-то подобное, то не могу сдерживаться.

— Я просто хочу быть в этом уверена. Хорошо?

— Хорошо.

И она поцеловала меня. Это был такой поцелуй, о котором я никогда не расскажу друзьям вслух. Это был такой поцелуй, который позволил мне понять, что я никогда не был так счастлив за всю свою жизнь.

Мне не нравится, когда парень смотрит на девушку и думает, что в его глазах она выглядит красивее. К сожалению, некоторые парни видят красоту своих девушек лишь через объектив фотоаппарата.

Я очень много думаю. Даже слишком много. Особенно сегодня вечером.

Не знаю, бывало ли у тебя подобное чувство. Что хочется уснуть на тысячу лет. Или просто не существовать. Или просто не знать, что ты существуешь. Или что-то подобное. Это желание очень болезненное, но оно появляется, когда я чувствую себя так, как сейчас. Вот почему я стараюсь не думать. Я просто хочу, чтобы всё перестало вращаться.

Специальностью Келли была философия. Я спросил брата, красивая ли она.

— Невероятно сексуальная.

Сестра начала разглагольствовать, что внешний вид девушки — не самое главное. Я согласился, но брат назвал мою сестру стервой-лесбиянкой. Мама сказала брату не выражаться в моём присутствии, что, вообще-то, странно, потому что у меня, возможно, единственного из семьи есть друг-гей. Во всяком случае, я единственный, кто об этом рассказывает. Я не уверен.

Я спросил брата, пьёт ли Келли какао.

— Ты что, под кайфом?

И снова мама попросила брата не выражаться в моём присутствии, что, опять же, странно, потому что, думаю, я единственный из всей семьи, кто когда-либо был под кайфом. Может, брат тоже был. Я не уверен. Но точно не сестра. Хотя, опять же, вся моя семья могла быть под кайфом, просто мы не рассказываем друг другу об этом.

Моя бабушка очень старая, и у неё не очень хорошо с памятью, зато она готовит самое вкусное в мире печенье. Когда я был маленьким, у маминой мамы всегда были конфеты, а у папиной — печенье. Мама рассказала мне, что в детстве я называл их «бабушка с конфетами» и «бабушка с печеньем».

Пока я ехал домой, я всё думал о слове « особенный ». И думал, что последним человеком, который говорил мне его, была тётя Хелен. Я был так благодарен услышать это снова. Потому что мы все порой забываем об этом. А я думаю, что каждый из нас по-своему особенный. Я правда так думаю.

Думаю, что если у меня однажды появятся дети, и что-то расстроит их, я не стану рассказывать им о голодающих в Китае или о чём-то таком, потому что это никак не повлияет на тот факт, что им плохо. Если кто-то страдает больше, чем ты, это ничего не меняет, и ты всё так же имеешь то, что имеешь. Хорошее и плохое.

Так что если это письмо становится последним, пожалуйста, знай, что со мной всё хорошо, и даже если не сейчас, то станет совсем скоро.
Я буду верить, что у тебя тоже всё хорошо.

С любовью, Чарли.

Читать на Вьюи...

— распространенное в Китае и восточной Азии поверье, о связи двух людей.

Согласно этому поверью, у связанных между собой мужчины и женщины на щиколотках появляется невидимая красная нить, связывающая их вместе. В Японии также есть предание о красной нити, но в японской версии — нить связывает не щиколотки, а мизинцы людей.

В Древнем Китае считалось, что если люди встретились однажды – это случайность, если два раза – это судьба. Брачными узами, символом которых является хун сянь, управляет старик Юэ Лао, Лунный старец.

Никакие обстоятельства, ни время, ни расстояние не способны помешать красной нити объединить судьбы. Нить может растягиваться или сжиматься, но не рвётся. Со временем нить сокращается, и те, кому предназначено быть вместе, оказываются все ближе и ближе друг к другу, до тех пор, пока не окажутся вместе, и человек бессилен бороться со своей судьбой.

Однажды судьба привела его в город Сунчэн. Вэй Гу остановился в небольшой гостинице. Его сосед по комнате, узнав о трудной судьбе одинокого юноши, решил посватать его к дочери воеводы Сунчэна. Они договорились встретиться на заре у ворот Храма Лунсин.

Только начало светать Вэй Гу побежал к условленному месту в надежде обрести наконец долгожданное счастье. Луна в это время убывала, но ее свет все же робко озарял окрестности, и в тусклом сиянии Вэй Гу вдруг увидел старика, сидевшего на ступеньках Храма. На спине у него висел большой мешок. Старик листал какую-то книгу.

Вэй Гу украдкой заглянул в нее, но даже одного слова и то не мог разобрать: «Старик, что это за чудная книга у тебя? Я учился прилежно, прочел немало, даже знаю санскрит, но никогда не видел книги, похожей на твою, и не знаю языка, на котором она написана». Старик, посмеиваясь, сказал: «Это необычная книга, она не из вашего, земного мира. Конечно, ты не мог видеть ее прежде, она принадлежит темному потустороннему миру».

— Так ты из тех мест?

— Вопрос не в том, откуда пришел я. Дело в том, что ты появился здесь слишком рано, поэтому и натолкнулся на меня, хотя этого не должно было быть.

— Все же скажи, кто ты старик?

— Имя мое Юэ Лао, я — слуга Подземного мира, слежу за тем, что творится среди людей. А как же я узнаю, что у вас тут происходит, если не выйду наружу из своего потустороннего царства?

— И чем же ты заведуешь?

— Я веду запись нашедших друг друга родных душ.

Вэй Гу, услышав эти слова, очень обрадовался:

— Я с рождения совсем один на всем белом свете, поэтому очень хочу, чтобы у меня были родные — жена и дети. Вот уже десять лет я безуспешно ищу свою суженую. Скажи мне, женюсь ли я на дочери воеводы, на встречу к которому направляюсь теперь?

— Эх, не твоя это судьба. Твоей суженой не исполнилось еще и трех лет. Вы встретитесь, только когда ей будет семнадцать.

Вэй Гу разочарованно вздохнул, а потом невзначай спросил:

— А что в твоем мешке, Старик?

— Взгляни, мой мешок полон красных нитей, ими я связываю ступни людей — родных душ. Только они присядут где-нибудь — я возьму и незаметно свяжу их. А потом… даже если между их семьями вражда, если один из них знатен, а другой — беден и убог, если они разные, как небо и земля, если один из них в дальнем уголке морей, а другой на самом краю небес, если один живет в царстве У, а другой — в Чу — пока они связаны — встречи им не избежать. На твоей ноге уже есть такая красная нить. Так что нет смысла свататься к дочери воеводы, раз она не твоя судьба.

— Хорошо, но скажи тогда, где же моя суженая? Кто ее родители?

— Твоя будущая невеста живет в доме старухи Чэн, продавщицы овощей с рынка.

— Могу ли я взглянуть на мою суженую?

— Хорошо. Старуха Чэн как раз взяла малютку с собой на рынок. Иди за мной, я покажу тебе будущую твою невесту.

Солнце уже поднялось, но Вэй Гу не замечал ничего вокруг — так часто бывает с человеком, который очень сильно ждет чего-то. Старик положил книгу в мешок и пошел по направлению к овощному рынку. Вэй Гу не отставал. На рынке они увидели одноглазую продавщицу овощей с маленькой девочкой, одетой в лохмотья. Девчушка была далеко не красавицей.

«Это и есть твоя невеста», — сказал Старик. Вэй Гу был просто сражен: такая маленькая — и такая некрасивая, что же будет, когда она вырастет? В бешенстве, он закричал: «Я убью ее!»

— «Убьешь свою суженую? Ну, смотри-смотри», — сказал Старик и исчез.

Вэй Гу вернулся на постоялый двор. Там он нашел одного слугу и, пообещав заплатить десять тысяч монет, приказал ему убить девочку. Слуга пришел на рынок и сразу направился к лавке с овощами. В воскресный день в городе было шумно и многолюдно. Воспользовавшись удобным случаем, слуга подкрался поближе к девочке и вонзил в малютку свой острый нож. Он хотел убить ее одним ударом, однако попал не в сердце — нож вошел прямо промеж бровей девочки. Кто-то из толпы, заметив, что произошло несчастье, позвал на помощь. Слуга испугался и, не убедившись мертва ли малютка, поспешил уйти с рынка. Добравшись до дома, он сказал хозяину, что с поручением его справился. С тех пор сколько бы Вэй Гу не искал себе невесту, нигде не мог найти ту единственную.

Прошло четырнадцать лет. Так как отец Вэй Гу славился своими боевыми заслугами, то и его сына взяли в императорскую армию. Губернатор округа, где служил Вэй Гу, Цин Вантай заметил, что у юноши есть способности, а так же он очень трудолюбив и усерден. Цин Вантай решил, что лучшего жениха для своей семнадцатилетней дочери ему не найти.

Девушка была просто прелестна и очень понравилась Вэй Гу, они сразу решили пожениться. Только вот Вэй Гу никак не мог понять, почему девушка всегда носит большую оловянную подвеску на лбу, между бровей, и не снимает ее, даже когда моет лицо. Но мало ли. У каждого ведь свои странности.

После свадьбы Вэй Гу спросил у молодой жены, почему она таким странным образом носит украшение. «Ты знаешь, я не настоящая дочь губернатора, я его племянница». И жена поведала Вэй Гу, что ее отец, судья в городе Сунчэн, умер, когда ее еще и на свете не было, а мать и братья погибли, когда ей не исполнилось и трех лет: «Меня забрала к себе в деревню тетя Чэн, мы каждый день ходили с ней на рынок продавать овощи. Однажды какой-то человек ранил меня ножом вот сюда, меж бровей. Не знаю, почему он так жестоко поступил? Чем могла помешать ему трехлетняя девочка. С того времени я и ношу подвеску, чтобы скрыть ужасный шрам. А потом дядю Цин Вантая назначили губернатором, и я переехала в этот город. Дядя всегда относился ко мне как к своей родной дочери…» Тут Вэй Гу перебил жену:

— Скажи, а не была ли твоя тетушка Чэн слепа на один глаз?

— Да! Откуда ты знаешь?

— Это я приказал слуге убить тебя в тот день на рынке.

И Вэй Гу рассказал жене все, как было, не смотря на то, что очень боялся потерять ее. Но она лишь сказала: « Забудем все былое, я не держу на тебя зла». Они, правда, очень любили и уважали друг друга. Через какое-то время Вэй Гу назначили начальником префектуры в городе Сунчэн. А вскоре у них родился сынишка.

С тех самых пор и начали люди говорить, что старик Юэ Лао соединяет судьбы людей — связывает их красными нитями.

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Для написания портрета “Мэрилин Монро” Натали Айриш использовала исключительно собственные губы и красную помаду.
Поцелуй за поцелуем женщина в течение 8 часов “вырисовывала” тонкие контуры лица секс-символа 20 века, которая по совместительству является и кумиром самой художницы.

“ В одних только губах Натали Айриш больше таланта, чем в обеих руках большинства из нынешних художников ”, — сказал французский критик Жюстав Фанно, когда увидел картину “Мэрилин Монро”, написанную Натали при помощи одних только губ.

Читать на Вьюи...