Падут империи, замёрзнут реки

А ты всё тот же… неподваластен смерти,

Всё так же в ночь распахиваешь веки.

Печальный взгляд и грим слегка нелепый,

Быть может, кто-то крикнет в спину: "Клоун!"

Аллеющий рассвет тебя ослепит,

А на плече сидит бродяга-ворон.

Но вот наступит ночь…

И в этом мраке,

Сквозь пелену дождя, что льёт здесь вечно,

Ты вновь появишься…

В сияньи ночи ярком,

Отмстить за тех, кто канул в бесконечность.

Стекают капли пот плащу и сыро

В глазах твоих бушует пламя Ада,

Ты вспоминаешь, как всё это было,

Когда ты тихо умолял: "Не надо?"

В Ночь Дьявола какие-то ублюдки разрушили всю жизнь твою внезапно,

Смотря на окровавленные руки, ты думаешь: "Ну почему так страшно?"

И видишь ту, кого любил так долго…

О! Луччше бы ты этого не видел:

избитая, изрезанная в клочья,

За что её так сильно Бог обидел?

Ты был так слаб…

Ты пал почти без боя…

Они ушли, оставив море крови,

Но ты вернулся…

Настоящий воин!

В тебе теперь нет страха,

Как и боли…

Она лишь в сердце,

А с тобою - Ворон!

И ты пришёл…

За каждым из ублюдков,

Спалив их души в огненной геенне.

Алел рассвет, и наступало утро,

А ты играл на кладбище для Шелли.

Отомщены. И сноваа вместе.

Счастье,

вы заслужили в этой жизни новой,

Дождь перестал…

Закончилось ненастье,

Лишь на кресте сидит бродяга-Ворон…

Читать на Вьюи...

Перед тобой лишь оболочка.

Ты видишь всех - и никого

И знаешь, где в рассказе точка.

В тебя красавец посмотрев,

Увидит молодость лихую

А старец, в страхе замерев,

Находит проседь волевую.

Перед тобою все равны:

богач, бедняк, дитя, блудница

Живёшь ты в мире тишины,

Обозревая чьи-то лица.

Ты вроде Бога,

Что устав,

Нашёл себе однажды шалость.

Сказал ты много,

Промолчав,

Ничто не значащую малость.

Тебе неведом срок людей,

Что предначертан им Судьбою

Ты можешь только много дней

Смотреть на них,

С немой тоскою.

Перед тобой не к месту врать,

И не поможет здесь актёрство

Тебя деньгами не "сломать",

И неуместно тут позёрство.

Ты видишь чётко, без прикрас,

Все человечества пороки

Ты видишь каждого из нас -

Семейных или одиноких.

Перед тобой ничто вражда

И расовая принадлежность,

Любая ложь тебе чужда -

Ты смотришь прямо в неизбежность.

Само того не зная, ты

Барьером служишь молчаливым,

И разбиваются мечты

Перед твоим лицрм незримым.

Ты знало слёзы и любовь,

Улыбку, ненависть и подлость.

В тебя смотрелись вновь и вновь -

Ты проявляло осторожность.

Ты разбивалось много раз,

И возрождалося из пепла

Скрывало паволокой глаз,

От жара жалящего пекла.

Когда-нибудь к тебе приду,

В ночи услышав властный голос

Бесстрашно глаз не отведу,

Найдя в причёске белый волос.

Сыграв на слабостях людей,

Ты стало кем-то вроде Бога.

Не видя прозы их смертей,

Ты знало всё же слишком много.

Они тебя приносят в дом,

Наивно, глупо полагая,

Что ты не знаешь ни о чём

Им безгранично потакая.

Ты было вынуто из тьмы

Хранилища антиквариата.

Тебя, такие же как мы,

Забрали в логово разврата.

Во время царственных балов

Ты повидало очень много:

сиянье множества голов,

Склонённых пред оправой строгой.

Красавицы перед тобой,

Гадая зажигали свечи,

Играя со своей Судьбой

В ненастный одинокий вечер.

Иные- видя пустоту,

С тоскою пламя задували.

Другие- увидав мечту,

С улыбкой сладкой засыпали.

Но ты свою игру вело -

не обращало ты вниманья

На кровь, что пачкала стекло,

И слёзы псевдо-покаянья.

Ты видишь вех и никого -

мы для тебя - всего лишь тени

заблудших душ.

Мы все-Никто.

Нам должно преклонить колени.

Читать на Вьюи...