И вспыхнет пламя, гл 14. Хеймитч - my hero.

– Итак, Хеймитч, в этом сезоне соперников будет на сто процентов больше. Что ты об этом думаешь, а? – подает реплику Цезарь. Тот пожимает плечами.
– Не вижу разницы. Ну, набрали еще больше стопроцентных глупцов; на моих шансах это не скажется. - Публика взрывается смехом, и Хеймитч отвечает высокомерной, бесстрастной полуулыбкой – как у акулы.
– А он не лезет за словом в карман, – бормочу я.

Наступает утро начала Голодных игр. Одна из трибутов поднимается на арену. И происходящее мы словно видим ее глазами – и невольно ахаем. На лицах игроков – изумление. Даже Хеймитч радостно поднимает брови, но тут же озабоченно хмурится. […]

Многие сбиты с толку и, даже услышав гонг, движутся точно в опутавшем их полусне. Многие, но только не наш сегодняшний ментор. Миг – и он уже возле Рога, вооружен до зубов, на спине – мешок с отборными припасами. Хеймитч бросается к лесу прежде, чем большинство его соперников успевает ступить на землю. В первой кровавой бойне погибает восемнадцать трибутов. […] Хеймитч упорно пытается следовать избранному направлению, но лабиринты непроходимых колючих зарослей оттесняют его обратно. Встретив троих профи, гораздо сильнее и крупнее себя, он молниеносно выхватывает свой нож и успевает зарезать двоих, но третий отбирает оружие и уже целится в горло – как вдруг валится наземь с отравленным дротиком под лопаткой. Из лесного полумрака выступает Мэйсили Доннер.

– Вдвоем уцелеть будет легче.
– Убедила, – кивает Хеймитч, потирая шею. – Союзники?
Мэйсили молча кивает, и между ними возникает одна из тех связей, которые так сложно рвать, хотя рано или поздно приходится – если мечтаешь вернуться домой, в свой дистрикт. Вместе они, как и мы с Питом, держатся куда лучше. Чаще отдыхают, придумывают, как собрать больше дождевой воды для питья, сражаются спина к спине и поровну делят между собой припасы убитых соперников. Вот только Хеймитч не собирается отклоняться от выбранного курса.
– Зачем это? – много раз интересуется Мэйсили, не получая никаких объяснений, а потом попросту отказывается идти, пока не услышит ответа.
– Где-то же должен быть край, понимаешь? – бросает Хеймитч. – Арена не бесконечна.
– Что ты там хочешь найти? – спрашивает временная союзница.
– Не знаю. Но вдруг оно нам пригодится?
И вот, проломившись через непролазную стену колючих кустов при помощи раздобытой в бою паяльной лампы, оба выходят на плоский участок сухой земли, ведущей к обрыву. Далеко-далеко внизу виднеются острые зубцы скал.

– Это все, Хеймитч, – говорит Мэйсили, – Возвращаемся.
– Нет, я остаюсь .
– Ладно. Все равно нас осталось пятеро. Может, и вправду пора прощаться , – произносит она.
– Хорошо , – соглашается Хеймитч. Даже не посмотрев на нее. Не пожав руки. Мэйсили молча уходит. А он долго бродит по краю обрыва, словно пытаясь что-то сообразить. Нога задевает булыжник, и тот улетает в пропасть – похоже, что навсегда. Однако через минуту, когда Хеймитч присаживается отдохнуть, камень появляется снова, описывает дугу и падает у него за спиной. Трибут недоуменно изучает его. Потом, нахмурившись, подбирает еще один, покрупнее, и уже с умыслом швыряет за край. Когда булыжник возвращается прямо в руки, Хеймитч вдруг разражается хохотом. И тут начинает кричать Мэйсили. Союз расторгнут, причем по ее же воле, так что можно было бы с чистой совестью пропустить вопли мимо ушей. Но Хеймитч устремляется в чащу – и успевает увидеть, как стая приторно-розовых птичек с длинными тонкими клювами многократно пронзает девушке шею. Мэйсили умирает, держа его за руку, и мне на память приходит Рута. Я тоже ее не уберегла.

Читать на Вьюи...

И вспыхнет пламя, гл 14, p. 2, Хеймитч - my hero.

В тот же день погибает еще один трибут, а его убийца падает жертвой хищных белок; теперь за корону сражаются двое – Хеймитч и девушка из Одиннадцатого. Она крупнее, быстрее, и когда дело неизбежно доходит до схватки, получается ужасное кровавое месиво. Оба успевают нанести друг другу множество страшных ран, когда Хеймитч теряет оружие. Придерживая руками выпадающие внутренности, он из последних сил тащится через дивно прекрасный лес.

Противница следует по пятам с топором в руке, ожидая возможности нанести роковой удар. Хеймитч уже на краю. Топор летит прямо в цель, но «цель» в изнеможении валится наземь, и он отправляется в пропасть. Обезоруженная девушка замирает на месте, силясь руками зажать пустую глазницу, откуда хлещут потоки крови, – возможно, надеется попросту пережитъ соперника, который уже начал биться в судорогах. Но ему известно то, о чем не подозревает она. Топор возвращается. Перелетает через край и вонзается прямо в голову. Раздается пушечный выстрел, тело убирают, и барабанная дробь возвещает победу Хеймитча. На этом запись кончается.

Какое-то время мы просто сидим в молчании, Наконец Пит подает голос.
– У подножия скалы было силовое поле, как и на крыше Тренировочного центра. Чтобы никто не вздумал покончить с собой. Хеймитч придумал способ сделать из него оружие…
– И не только против соперников, но и против Капитолия тоже , – подхватываю я. – Никто ведь такого не ожидал. Поле даже и не задумывалось как часть арены, а уж тем более – как подсобное средство для игроков, Капитолийцы остались с носом. Значит, вот почему я не помню, чтобы этот сезон часто крутили по телевизору. Поступок Хеймитча почти так же опасен, как наша выходка с ягодами!

Впервые за несколько месяцев мне хочется рассмеяться, от души рассмеяться. Пит озадаченно трясет головой, словно я сошла с ума. Отчасти так оно и есть.
– Почти, но не так же, – звучит у меня за спиной. Поворачиваюсь, опасаясь увидеть злость на лице ментора, но Хеймитч подмигивает и запрокидывает бутылку. Итак, с трезвым образом жизни покончено. Наверное, стоило бы рассердиться, однако меня увлекает совсем другое чувство. Я потратила столько недель, пытаясь лучше узнать врагов, но не дала себе труд задуматься о тех, кто со мной. В душе разгорается надежда. Кажется, я наконец уяснила, кто такой Хеймитч.

Обожаю я эти сцены с драками, особенно с Хеймитчем, он в них крут, не поспоришь. Жаль, что этот парень не сыграет настоящего Хеймитча, я сума от него схожу. *-*

Читать на Вьюи...

Голодные игры, на арене.

"Одна арена. Двадцать четыре трибута. Игра не на жизнь, а на смерть. Только последний выживший станет победителем."

– Леди и джентльмены, семьдесят четвертые Голодные игры объявляются открытыми!
Шестьдесят секунд. Ровно столько до удара гонга, возвещающего, что диск можно покинуть. Попробуешь сойти раньше – и тебе оторвет ноги минами. Шестьдесят секунд, чтобы оглядеть кольцо трибутов, равноудаленных от Рога изобилия, гигантского лежащего на боку золотого конуса с жерлом футов двадцати высотой и загнутым хвостом, переполненного всякой всячиной, полезной для выживания на арене: продуктами, сосудами с водой, оружием, лекарствами, одеждой, средствами для разведения огня. […] У края Рога я вижу свернутую палатку, которая защитит почти от любой непогоды. Конечно, если у тебя хватит смелости пойти и сразиться за нее с двадцатью тремя трибутами. Именно это мне и запретил Хеймитч.

Читать на Вьюи...

Колыбельная Руты, Голодные игры.
Делала подобный пост, но тот не оправдывал мои пожелания.

– Не уходи . – Рута крепче сжимает мою ладонь.
– Я не ухожу. Я буду с тобой , – говорю я, придвигаясь ближе и кладя голову Руты себе на колени. Ласково глажу ее волосы. – Спой , – просит она едва слышно.
Спеть? Что? Я знаю несколько песен. Когда-то в нашем доме тоже звучала музыка. У отца был замечательный голос, и он заражал меня своей любовью к пению, но после его смерти я почти не пела. Только когда Прим сильно болела, я напевала ей ее любимые песенки. […] Я откашливаюсь, сглатываю слезы и начинаю.

Ножки устали. Труден был путь. Ты у реки приляг отдохнуть.
Солнышко село, звезды горят, Завтра настанет утро опять.
Тут ласковый ветер. Тут травы, как пух. И шелест ракиты ласкает твой слух. Пусть снятся тебе расчудесные сны, пусть вестником счастья станут они.
Веки Руты затрепетали и опустились. Она еще дышит. Почти незаметно. Я не в силах больше сдерживать слезы, они ручьем текут у меня по щекам. Но я должна допеть для нее до конца.
Глазки устали. Ты их закрой. Буду хранить я твой покой.
Все беды и боли ночь унесет. Растает туман, когда солнце взойдет.
Тут ласковый ветер. Тут травы, как пух. И шелест ракиты ласкает твой слух. Пусть снятся тебе расчудесные сны, пусть вестником счастья станут они.

Вокруг мертвая тишина. И тут внезапно, так, что мороз пробежал по коже, моя песня зазвучала снова. Это запели сойки-пересмешницы. Какое-то время я сижу не двигаясь, мои слезы падают на лицо Руты. Гремит пушечный выстрел. Наклоняюсь и прижимаю губы к ее виску. Осторожно, словно боясь разбудить, кладу голову Руты на землю и отпускаю ее руку.

Читать на Вьюи...

Китнисс - Гриффиндор! Пит - Пуффендуй! Гейл - Когтевран!

Обожаю, когда такое делают, мне как истинному поттероману и любителю голодных игр это чересчур приятно. Ну а теперь моя критика. С Китнисс стопроцентное попадание, девушка с чистыми намерениями и храбрым сердцем не может не попасть в Гриффиндор. С Питом согласна частично, ибо творец этих картинок засунул его туда только лишь из-за душевной доброты, а если вспомнить, что он у нас еще и умный и смелый боец, ему прямая дорога либо в Гриффиндор, либо в Когтевран. А вот с Гейлом я в непонятках. Персонаж в книгах он не частый, поэтому говорить, что он сообразительный - не решусь, и почему его изобличили в Когтевран - без понятия. Может потому, что в Слизерин ему не попасть? Или потому, что других вариантов нет? А может потому, что я его еще плохо знаю. Впрочем, надеюсь в 3 книге он для меня раскроется, а сейчас насчет него ничего сказать не могу.

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

hey-granger:

cucumber:

stam-yes:

Читать на Вьюи...

ron, здраствуй.

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

я уже знаю, что надо вставить в два квадратика

нашла 3 белых шарика, 1 серенький и 2 зелененьких, какую ту палку с крюком на конце, коробку с дырками, карандаш, кляксу (или это горсть земли?) и стакан.

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Саундтреки к фильмам, которые написал гений Ханс Зиммер:

ANGELS & DEMONS
BATMAN BEGINS
BLACK HAWK DOWN
THE DARK KNIGHT
THE DA VINCI CODE
GLADIATOR
INCEPTION
THE LAST SAMURAI
THE LION KING
PEARL HARBOR
THE PRINCE OF EGYPT
THE THIN RED LINE
THE PACIFIC
PIRATES OF THE CARIBBEAN :DEAD MAN’S CHEST
PIRATES OF THE CARIBBEAN: AT WORLD’S END
PIRATES OF THE CARIBBEAN: ON STRANGER TIDES
RANGO
SHERLOCK HOLMES

Читать на Вьюи...

soundoflove:

vorontsova:

fallinginlove:

И вот этом показывают маленьким деткам оО

Теперь я в замешательстве. Интересно, может Питер Пен весь мульт крутил своей пипкой, а я и не заметила оО

Читать на Вьюи...

+1: *
спасибо)

о, всегда пожалуйста (:

Читать на Вьюи...

tlvsk:

seagull-:

ksanalady:

999marrria:

deliciousss:

milingertka:

penis:

inthehead:

witchcraft:

babushkabatman:

Читать на Вьюи...

resistance:

Читать на Вьюи...