—

Дмитрий Быков

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Существует легенда, что изобретатель стика совершил самоубийство, после того как понял, что люди не используют его изобретение по назначению. Суть Sugar Stick состояла в том, что можно было не отрывать уголок, а ломать пакетик напополам. Таким образом, весь сахар оказывался в чашке, а в руке у человека – один аккуратный фантик. Автор преследовал благородные цели: уменьшить количество мусора, ускорить высыпание содержимого и упростить процесс попадания сахара в чашку.

Сам стик прижился удивительно быстро: он был эстетичен, гигиеничен, подходил для массового производства, на нём можно было напечатать рекламу или логотип кофейни. Но никто не стал использовать Sugar Stick в точности так, как это было задумано. Люди открывали пакетик зубами или вручную, просыпая при этом крупинки сахара, рвали упаковку вдоль, поперек и по диагонали, однако почти никто так и не догадался разломать стик над чашкой в одно движение.

Автор стал бродить по кафе и ресторанам, демонстрируя всем как правильно использовать Sugar Stick, но люди по-прежнему открывали пакетик не по инструкции. Изобретатель сник, впал в депрессию и в конечном итоге решил свести счеты с жизнью.

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

соседку, тетю Валю.

и говорили о добре,

и врали, врали, врали.

на общей кухне, матерясь,

посуду собирая,

она за всеми мыла грязь,

она была не злая.

она варила борщ в ведре,

она в ведре стирала.

ну что мы знали о добре,

об этом минерале.

Читать на Вьюи...

Они сидят такие, а я захожу. Очень красивая, очень. Тонкая, с хрупкими запястьями, летящие волосы, в глазах успех. Они все, глядя на меня, очень сожалеют, просто очень. Разговоры с ними точно не помню, но суть в том, что Аня придет и всех накажет. Всех очень жестоко накажет. Отвечаю им всем хлестко, иронично, с хорошо поставленным юмором. Они теряются, что мне теперь сказать. А что скажешь, тут и так все понятно. Разговор котлет с небом. Все это немного напоминает прогулку на танке, я сижу в прицепе (чтобы было лучше видно) и грожу всем оттуда кулаком.

Или я пою песню на сцене какую-нибудь очень красивую песню, танцую при этом невероятно, как Майкл Джексон в клипе Jam, очень красивая, запястья еще тоньше, в глазах отражения каждого лица, сидящего в этом чертовом зрительном зале, где собрались мои обидчики. Бенефис Анны Олеговны «Я же вам говорила!», дополнительный четвертый концерт в Кремле, торопитесь, билетов нет вообще.

В свой день рождения я как-то раз получила одну смс. В ней были поздравления от одного человека. Я читала эту смс и думала только об одном: как же, блин, жалко, что она не пришла пару-тройку лет назад. Как же жалко, потому что вот сейчас я ничего не чувствую уже, ничего. То, что было – прошло вообще. Я и не заметила, когда закончилось чувство ужасной обиды, которое не должно было закончиться никогда. Нет никаких ощущений, нет радости, волнения, нигде не вспыхнуло и не зажглось. Будто бы я полено и этому полену пришло сообщение от дерева. Кстати, я тогда и вспомнила про ту комнату. Дерево там тоже было посажено. И обнаружила, что в комнате пусто вообще. Оказывается, уже не осталось никого. Ключ давно утерян и я туда сто лет не заходила. То ли забыла, то ли дел было много. И вот эти огромные чемоданы обид – они тоже пустые. Я давно уехала из места, где тщательно упаковала ручную кладь, а мои попутчики уже вышли на своих станциях. А мне все кажется, что мы в одном вагоне на соседних полках. Человека можно обидеть только тогда, когда он хочет обижаться. Когда ему выгодно быть обиженным. А если у человека нет необходимости оставаться несчастным и обделенным, то он этого или просто не заметит, или пошлет в жопу, быстро позабыв.

Бывает такое, что встречаешь вдруг на улице своего бывшего. Как раз в такой день, что вчера ты упала с лестницы, когда вешала шторы и ударилась глазом. Утром проснулась еле-еле, голова трещит, завтракать дома нечем. Вышла в чем была на пять минут за хлебушком, коленки на штанах, на голове вавилон, под глазом синяк. Думаешь еще: надо бы бутылки выкинуть. И елку. И вот ты такая идешь, бутылки в сеточке, а навстречу он… И ведь ничего не докажешь, ничего. Лучше бы в этот момент случился нереальный взрыв самой водородной бомбы и всю улицу разметало на мелкие атомы. Так вот. Что хочу сказать. Я сейчас не знаю ни одного человека на свете, которого бы побоялась встретить в таком виде. С елкой. А как Майкл Джексон в клипе Jam я частенько танцую перед зеркалом в трусах и там не отражается никто, кроме меня. Я сама по себе ништяк, а не потому что надо кому-то ништяком казаться.

Когда моя мама говорит что-то такое, что несовместимо с жизнью, то я думаю, что очень хотела бы, чтобы мои дети мне все прощали. Любое слово, особенно когда стану старая и буду говорить что-то такое, что несовместимо с жизнью.

И вообще. Пусть нам прощают так, как мы прощаем им. Потому что мы тут все ужасно слабые и падкие на мелочные поступки. И не надо носить с собой эти дурацкие чемоданы. Хотя бы потому, что если руки заняты чем-то плохим, то в них невозможно взять что-то хорошее.

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Читать на Вьюи...

Хотелось озвереть, кусаться и рычать.
Пытался умереть — успели откачать.

Могли и не успеть. Спасибо главврачу
За то, что ничего теперь хотеть я не хочу.
Психически здоров. Отвык и пить, и есть.
Спасибо, Башлачев. Палата номер шесть.

А. Башлачев

Читать на Вьюи...